Я на секунду задумался, стоит ли представляться полным именем. Но вид у этих троих был грубовато-небрежный, и я решил, что мои титулы им ни к чему. Да и мне было не до светских бесед, нужно было искать дальше. И помощь этой троицы пришлась бы мне очень кстати.
– Вы трое наверняка ориентируетесь тут куда лучше, чем я. Не поможете мне с поиском?
– Как раз собирался предложить, – ответил Петерле, а остальные кивнули.
Мы продолжили поиски уже вчетвером. Но наши усилия не принесли никаких плодов – Одетта словно исчезла с лица земли.
Вернувшись во двор, мы встретили Киру.
Она покачала головой, и на лице ее читалась тревога.
– Значит, ты ее тоже не нашел? – пробормотала она.
Я удрученно мяукнул.
– Мы искали везде, где только можно. Мне помогали Лукас с Линой, они тут знают каждый уголок. Но Одетты нигде нет. Надеюсь, с ней ничего не случилось!
– Да уж, надеюсь, она не угодила в лапы того подлого охотника, который уже давненько тут ошивается и палит во все без разбора, – сказал Петерле с весьма озабоченным видом.
Охотник?! Палит без разбора?! В мою Одетту стреляли, как в Пат с Паташоном?! Святые сардины в масле! Неужели мой кошмар воплотился в реальность и этот коварный охотник и правда причастен к исчезновению Одетты?! Неужели он ее похитил?!
– Не вешай нос, Уинстон! Мы найдем Одетту, – попыталась утешить меня Кира. – А если она и правда попала в лапы к этому охотнику, мы его выведем на чистую воду, обещаю! Все будет хорошо!
Кира нежно почесала меня за ушками и погладила брюшко, но я все равно чувствовал себя ужасно. Это как проснуться утром и обнаружить, что солнце не взошло и на улице по-прежнему царит непроглядная тьма. Ужасно, просто ужасно!
О’Нелли сочувственно заблеяла. Цирковая коза, видимо, наблюдала за моими поисками, и любопытство привело ее к нам с Кирой.
– Уинстон, Кира права. Мы обязательно найдем твою подругу, даже если ее где-то прячет тот злодей. Он не сможет скрывать ее от нас вечно!
Следом прибежали и Пат с Паташоном. Они тяжело дышали, высунув языки. Видимо, тоже спешили меня утешить. Святые сардины в масле, этого только не хватало! Уинстона Черчилля утешают цирковые псы! Какое унижение! Я еще сильнее повесил голову, хотя сильнее было уже некуда – усы и так подметали пол.
– Ай-ай-ай, на твоего кота прямо без слез не взглянешь! – заметил Лукас, который только что тоже подошел и остановился рядом с Кирой. – Кажется, он и правда сильно переживает из-за этой белой кошки.
Кира кивнула:
– Ну конечно! Это же его подруга!
Лукас усмехнулся:
– Его подруга?
– Вот именно, – подтвердила Кира, – его подруга и большая любовь.
Хорошо, что я в тот момент смотрел в землю и что моя мордочка покрыта шерстью. Ведь иначе все бы увидели, как густо я покраснел. Ужасно не люблю, когда мою личную жизнь обсуждают со всякими незнакомцами. Тем более с любителями пони!
– Ха-ха-ха! Большая любовь! – рассмеялся Лукас.
Что он себе позволяет?! Неужели он потешается над моими чувствами?!
– Что в этом смешного? – задала ему Кира тот же вопрос.
– Ну,
– Хочешь сказать, что любви между животными не бывает?
– Э-э-э… ну да…
Кира посмотрела на Лукаса очень-очень строго:
– Конечно, бывает! И поэтому мы очень постараемся найти Одетту как можно скорее. Итак, где живет этот охотник?
Лукас пожал плечами:
– Точно не знаю. Может быть, это вообще все слухи. Вроде бы это кто-то не из местных – так считает мой отец. Один из тех, кто по выходным приезжает сюда поохотиться. Его до сих пор никто толком не видел. Сплошные загадки.
– А это вообще разрешено? Просто так приезжать сюда и стрелять в зверей? – возмущенно спросила Кира.
– Просто так – конечно, нет. Для этого требуется лицензия на оружие, лицензия на охоту и к тому же нужно арендовать охотничье угодье. Если все это у тебя есть, то ты имеешь право стрелять дичь. Правда, если тебя поймают на каких-нибудь нарушениях, то могут отнять все эти документы, тогда и ружье придется сдать и в диких зверей уже не постреляешь. А так охота считается обычным хобби.
Пат с Паташоном тяжело задышали, О’Нелли покачала головой:
–
Когда коза права – она права!
Мне эта идея тоже показалась ужасной – несмотря на то, что я кот и по натуре хищник, то есть охотник. Или, по крайней мере, должен таковым быть.
– Но с какой стати охотнику ловить Одетту? – размышляла Кира вслух. – Кошка – это ведь не заяц.
– Закон разрешает стрелять в кошек, если те охотятся в дикой природе, – объяснил ей Лукас. У меня холодок пробежал по спине. Охота в дикой природе! Значит, приличной кошке теперь и мышей ловить нельзя? Надеюсь, речь все же о чем-то другом, иначе Одетта в большой опасности!
– Но Одетта не охотится в дикой природе! – воскликнула Кира.
– Понятное дело, нет. Но среди охотников попадаются и нечистые на руку, и эта лазейка в законе для них просто находка.
Кира почти задохнулась от негодования:
– Бедная моя Одетта!
