— Роза, выпей это и присядь. Энергии могут ослабить тебя.
Я сделала маленький глоток из красной склянки, и почувствовала приятное тепло. Возможно, мне следовало поспать, пока Ракх готовит особое колдовство, но было любопытно и чуть страшно. Когда маг взмахнул рукой, Барви словно подхватил его движение, и тишина кругом нас превратилась в звучание леса. Одновременно я слышала откуда-то издалека накатывающие волны, и вскоре их шёпот стал настоящим грохотом прибоя.
Ракх заговорил так внезапно, что я вздрогнула. Это снова был стеакский, но как будто немного другой. Было сразу понятно, что маг говорит не с Тэвой, и вскоре мы все увидели неясные тёмные фигуры, которые столпились вокруг него. На короля они не обращали внимания, и не делали попыток выйти из круга, но откуда-то я знала — если вырвутся, нам всем не поздоровится. А потом у меня в голове зазвучали слова, и я поняла, что никто другой, кроме нас с Ракхом, не понимает этого диалога.
— …упокоилась. Ты задаёшь слишком много вопросов, маг. Заканчивай скорее, пока ещё можешь сдерживать ит орм.
— Эри ора зах, — сказал другой. — Не в наших силах изменить твою судьбу.
— Твоё сердце умрёт трижды, тёмный воин. И, если ты сможешь выдержать все его смерти — четвёртый ритм окажется счастливым.
— Я больше не вижу света, — сказал Ракх.
— Но это не значит, что его нет. Ищи иное светило.
Они продолжили что-то обсуждать на стеакском, а потом вдруг резко замолкли, и в круге появилась иная призрачная фигура. Я как-то сразу поняла, что это и есть Тэва.
— Отпусти меня, — сказала она, глядя Ракху в глаза.
— Только после того, как поговоришь с отцом, — отозвался маг.
— Я не хочу, — сказала девушка. — Нам нечего обсуждать. Он сделал свой выбор, а я сделала свой.
— Тэвина! — сказал Аррикс, но она как не услышала.
— Король хочет вернуть тебя, — сказал Ракх.
— У меня нет короля.
— Он твой отец.
— У него достаточно других детей. Спроси его, колдун, что он сделал двенадцать лет назад, и тогда всё поймёшь сам.
Аррикс хотел было вмешаться, но Ракх жестом приказал ему молчать.
— Тогда, возможно, ты захочешь поговорить с Тариком?
Тэва некоторое время молчала, а потом стала более чёткой. Я даже успела увидеть отблеск её синих глаз.
— Я скучаю по тебе, — сказала она, и Райер встрепенулся.
— Пожалуйста, сестра, вернись к нам! Ты нужна здесь. Мы…
— Не могу.
— Почему, Тэви? Из-за Эрона? Он больше не опасен, он не знал…
— Нет. Дело в другом. Я… не могу. Здесь… мой остров… прости, брат.
— Какой остров, Тэв? Что случилось с тобой? Ты в беде?
— Эртуа. Пятьдесят, тридцать пять, девять. Мой дом под камнем, который плачет. Если ты найдёшь Её…
Оглушительный взрыв перевернул моё кресло, а всех остальных отшвырнул в стены. Ракх поднялся прежде прочих и тотчас подошёл ко мне.
— Всё хорошо?
— Не переживай, я не ушиблась.
Барви зажёг несколько свечей, и я поражённо отметила, что не осталось ни следа от колдовства — исчез и рисунок, и травы, и мерцающие камни.
— Отец, я должен поехать за сестрой, — тотчас сказал Тарик.
— Возможно. Мы обсудим это позже. Хочу, чтобы сейчас вы оставили нас наедине с магом.
— Роза остаётся, — сказал Ракх. — И, прошу вас, будьте кратким.
Было несложно догадаться, что простая с виду магия выжала из мужчины соки, но короля это не слишком беспокоило. Когда Барви и Тарик вышли, я поняла, что никакой благодарности мы не дождёмся.
— Ты должен поехать за моей дочерью, маг, — сказал Аррикс. — Сопровождать тебя будут мои лучшие воины.
— Нет, — тотчас ответил Ракх. — Я не сделаю этого.
— Подумай хорошенько, — сказал король. — Тебе никуда отсюда не деться, пока я не разрешу. Конечно, ты уже раскрыл заговор Илоны, и помог мне установить местонахождение дочери, но этого недостаточно. Мы договаривались, что ты вернёшь Тэву.
— Неправда, — сказал Ракх, глядя королю в глаза. — Я давал слово доказать, что девушка жива, а сделал больше — установил истинного виновника всех бед и помог вашим жене и сыну. По-моему, мы в расчете.
— Ты не понимаешь… Мой брат, которому принадлежат острова Гроз… Если Тэва у него, так просто он её не отдаст.
— Уверен, вы придумаете, как вернуть дочь.
Я вдруг поняла, что Аррикс и не планировал нас отпускать. Уж король всегда найдёт, на какое дело послать могущественного тёмного мага…
— Уверен, через пару дней сидения взаперти ты передумаешь, — вдруг жёстко и холодно сказал Аррикс. — Прошу вас с невестой проследовать в свои покои, и, Ракх… не делай глупостей.
Ракх ничего не ответил, не поклонился, не попрощался. Он выглядел абсолютно спокойным. Мы покинули кабинет короля, и, сопровождаемые стражей, отправились в свои комнаты, у дверей которых теперь стояли двое воинов.
— Дело сделано, — сказал Ракх, когда я, устало потирая глаза, села на край постели. — Ты отдохни, завтра нас здесь уже не будет.
— Но как? Мы даже лошадей не сможем забрать!
Колдун усмехнулся.
— Просто Аррикс не привык иметь дело с настоящей властью. Он думает, что, угрожая людям, не выполняя обещаний, требуя всё большего для себя — никогда не ошибётся…
— Хотя уже ошибся с Илоной.
