– Тогда я пошел один, – заключил Печников и, поднявшись с кровати, подошел к выходу, разделяющему две комнаты. Приоткрыв немного дверь, Виталий увидел, что из незакрытой ванной комнаты свет попадает прямо на голый зад Зубова. Молодые люди занимались любовью. Одеяло у них было скомкано в ногах, и свет позволял хорошо разглядеть большой белый зад Зубова, который, как огромная постельная подушка, то поднимался, то опускался между смуглых ног Бэлы, раскинутых в стороны. Рядом с кроватью на паркетном полу валялся влажный использованный презерватив. «Он уже потрахал ее дважды!.. Они даже мыться не встают… Если в ванне у них был секс, то, значит, это уже третий раз!.. Господи, он, как кролик…» – подумал с завистью Печников. В данную минуту о потраченных деньгах он сожалел больше, чем до близости с Натальей. Без стука он вышел и проследовал в ванную комнату мимо увлеченных делом партнеров. Опять Виталий ненароком глянул на двигающийся крупный голый зад друга, и, как на гостиничной лестнице вновь подумал, что задница все же у Зубова напоминает женскую. На ягодицах у Владимира не было ни единого волоса, а ноги сплошь были покрыты черными волосами. «Если не видеть его волосатых ног, то действительно можно принять его широкий зад за бабский… Мне кажется, я не отказался бы от проникновения в такую огромную белую жопу, если бы не знал, что она принадлежит Зубову. Сейчас мне кажется, что совсем неважно, мужская она или женская…» – подумал Виталий и для себя решил, что после ванны займется с Натальей анальным сексом. Он открыл полностью краны горячей и холодной воды, и треугольная ванна быстро начала наполняться. Затем Виталий закрыл дверь на щеколду и, пощупав воду, чуть уменьшил подачу холодной. Печников выдавил в ванну из пакетика с шампунем несколько капель мыльной жидкости, и в мгновение ока на поверхности образовалась высокая шапка пены. Как только сопла ванны оказались под водой, Виталий, сняв с руки часы и раздевшись, медленно опустился в ванну. Закрутив краны, он прислушался. Звуков из номера не было слышно, и Виталий в тишине ощутил приятное жжение почти горячей воды. Он задумался: «Если мне показалось, что задница Зубова вызывает желание, то избиение мной гомика на улице вовсе не находит никакого оправдания… Он не был агрессивен… разве что пьян… Я действительно повел себя, как бычье гомофобское… Господи, дай здоровья этому несчастному».
Виталий нажал горящий фиолетовым светом квадратик сенсорной кнопки на ванне, и включились насосы. Из форсунок ему в бока, в шею и в пятки ударили струи воды, которые приятно щекотали и массировали тело. Потянувшись рукой за полупустым пакетиком шампуня, Виталию пришлось с положения на спине повернуться набок, и здесь он неожиданно ощутил сильную и почти горячую струю воды, которая ударила ему между ягодиц. Приятное щекотание заставило его замереть. Печников ближе придвинул зад к форсунке и почувствовал, что щекотание начало вызвать эрекцию полового члена. Это неожиданное открытие поразило Виталия неизвестной ему ранее связью – между очень теплой струей воды, ударяющей в зад, и эрекцией. Возбуждение от щекотания все усиливалось и нарастало. Печников раздвинул руками ягодицы и буквально насадил анус на форсунку, но ему, подобно никак не закипающей воде на слабом огне, чего-то не доставало до получения разрядки. Под впечатлением всех разговоров о гомосексуализме Виталию сейчас вдруг захотелось что-нибудь длинное и овальное засунуть в зад, но в ванной комнате ничего подходящего не было. Поняв, что получить настоящее удовольствие не получится, Печников вылез из воды и обтерся. Не желая терять возбуждение, он решил немедленно вернуться к Наталье. Минуя опять Зубова и Бэлу, Виталий заметил, что на полу лежат уже два использованных презерватива. Однако, как и в первый раз, проходя мимо молодых людей, Печников видел, что партнеры опять увлечены актом соития, не замечая ничего и никого вокруг. Это еще больше раззадорило Виталия. Он быстро вошел в комнату к Наталье и, не объясняясь, легко перевернул ее на живот.
– Я хочу
– Виталик, за анальный секс нужно будет доплатить, – второпях успела прошептать Наталья, но член Печникова уже наполовину погрузился в центр ее неимоверно большой и по-женски красивой задницы.
– Хорошо-хорошо, доплачу… – успел выговорить Виталий, и здесь девица будто открылась ему. Из-за того, что придется еще доплачивать Печников, отбросив всякую деликатность, с остервенением начал вводить в проститутку свой член до предела. Девушка тужилась, как при освобождении от кала на унитазе, и стонала. Послышались хлесткие удары тела о тело, и, через минуту после громкого крика Печникова, молодые люди замерли, оба глубоко и часто дыша. Послышались робкое открывание двери и голос Зубова:
