Это был спецназ ХАД. Особые части, готовящиеся инструкторами с КУОС Выстрел. Люди, подготовка которых ничем не уступала 22САС и родезийским Скаутам. Им единственным в Афганистане передали Шмели, больше никому. Они подошли к Кабулу только к этому времени и решили атаковать сразу Министерство обороны. Надо сказать Востротину сильно повезло — советник спецназа, офицер Вымпела, приказал не вести огонь по советским вертолётам, даже рискуя что эти вертолёты смешают его и его отряд с землёй, как взлетят.
Востротин сразу понял, кто их атакует — и минуты боя не прошло. С ним было восемь человек личной охраны, все из спецназа, с Танаем было человек двадцать и ещё люди в министерстве. Но с той стороны были профессионалы и у них было тяжёлое вооружение — Шмели, безоткатные орудия и ЗУ-23, установленные на Зил-130. Министерство горело, по ним вели огонь, не из тяжёлого правда, спецназовцы и коммандос Танаи отстреливались — но у них были потери и одного залпа хватит…
— В вертолёт! — крикнул он — уходим!
Они переглянулись с Танаи
— Уходи с нами!
— Я не могу, брат!
— Уходи! Я высажу тебя!
Это уже было преступлением. Поколебавшись, Танаи полез в вертолёт, с ним уцелевшие его бойцы. Перегруженный КА-29 с трудом, но поднялся, тут же доклад
— Вижу цели, могу атаковать.
Тридцатимиллиметровка и по два блока НУРС на каждом. Этого хватит, чтобы кого угодно с землёй смешать. Но с той стороны — тоже свои. КУОС, Вымпел…
С..а.
— Отставить! Курс на аэропорт.
Шах Наваз Танаи
Михаил Слинкин, специалист по истории Афганистана: «Как признавали его близкие друзья и сослуживцы, в нём удивительно совмещались политическая неграмотность и выдающийся военный талант, решительность и авантюризм, храбрость военного человека и вероломство в будничной жизни, чувство товарищества и гипертрофированное высокомерие, властолюбие и бонапартистские наклонности. Злые начала в его характере и поведении значительно преобладали. Среди армейской когорты убеждённых халькистов он, безусловно, был одной из наиболее одиозных фигур».
Генерал Махмут Гареев, глава советской оперативной группы при президенте Наджипе в 1989-90 годах: «Вообще, надо отдать ему должное: Танай был энергичным, способным офицером, настоящим военным профессионалом. Он обладал сильной волей, большой работоспособностью и среди афганский офицеров выделялся организаторскими качествами. Я с ним впервые познакомился в начале 80-х годов, когда он был командиром 1-ого армейского корпуса, оборонявшего Кабул совместно с советскими войсками. В отличие от многих афганских командиров, он постоянно бывал в подчинённых ему частях, активно вникал в их устройство и боевую подготовку. ‹…› Слабой стороной Таная была его политическая ограниченность, что позволяло некоторым более опытным политиканам втягивать его в различного рода сомнительные политические интриги. Иногда он конфликтовал с президентом, его окружением, с министрами других силовых структур по мелочам и вообще имел очень неуживчивый характер. ‹…› Он небольшого роста, но физически крепкий и выносливый человек, обладавший и хорошей практической сообразительностью. Но должность министра обороны неизбежно связана и с участием в решении военно-политических вопросов. А его амбиции далеко не соответствовали уровню его политического развития и мышления. Гибкости и зрелости в политических вопросах ему явно недоставало».
…
В августе 1989 года в Кабуле была раскрыта подпольная диверсионно-террористическая организация и вскоре следствию предстал заговор с целью свержения правящей власти, в которой оказались замешаны армейские офицеры. К концу года были арестованы 127 человек, включая несколько генералов афганской армии, что вызвало противную реакцию у Таная, который в один из дней, покидая кабинет президента, с возмущением сказал: «Это — заговор против меня лично и против халькистов». Он укрылся в Министерстве обороны и под угрозой поднять армию потребовал освободить арестованных генералов и в конце концов Наджибулла освободил четверых генералов.
…
Утром он с группой офицеров и сильной охраной прибыл на аэродром Баграм, располагавшейся в 50 км к северу от Кабула. На его стороне выступили 4 и 15-я танковая бригады, а также поддержали 52-й полк связи и 40-я дивизия. Генерал лично отдал приказ о нанесении бомбовоштурмовых ударов по Кабулу. Ожесточённые бои правительственных войск с мятежниками развернулись в районе Министерства обороны и вокруг авиабазы Баграм, в результаты которых правительственным войскам удалось подавить сопротивление путчистов. В 12 часов 25 минут 7 марта Танай вместе с другими взбунтовавшимися генералами и семьями вылетел с аэродрома Баграм и приземлился в Пакистане, где он встретился с начальником сухопутных войск Пакистана генералом Аслам Бегом и шефом пакистанской разведки Шамсур Рахманом Каллу, причём во встрече участвовал один из лидеров вооружённой оппозиции Гульбеддин Хекматияр.
…
