Для вида мы опять сошлись, Раиса Максимовна всё поняла, благо с ней провела разъяснительную работу супруга Егора, я тоже не хотел обострять, особенно когда про проблемы в семье узнали в Политбюро. Но по факту — семьи нет.
Раиса Максимовна не простила мне двух вещей. Того что больше её не слушаю и не беру трубку если она звонит мне на работу — а раньше звонила по несколько раз в день. И то, что я решил вернуть вдове Шеварднадзе сумму полученной взятки. Правда и тут пошёл на компромисс со своей совестью — частично рублями по курсу. Но Раиса Максимовна, которая часть взятки уже потратила и имела виды на оставшуюся часть (во время моих визитов она носилась по магазинам) этого мне не простила, потому что в её понимании высокая должность для того и существует для того чтобы извлекать материальные выгоды, а иначе зачем она нужна. Ей в принципе не понять, почему политик должен быть честным, и как политик может честно зарабатывать себе на жизнь. И цены вещам она не знает. Вот такие и разменяют державу по пятакам…
А мне вдруг стал нетерпим её характер, её капризный, хамски-требовательный стиль в общении с обслуживающим персоналом, её придирчивость и безапелляционность. Сколько домработниц уже сменили! Девятое управление до сих пор ищет ей что-то вроде помощника — адъютанта, найти не могут. Это надо железные нервы иметь и совсем не иметь самолюбия, никакого. На Западе при всём их капитализме — такое отношение не принято, это всё отголосок несытого детства. Те, кто в детстве чувствовал себя униженными жизнью — потом жизнь положат на то чтобы унижать других. Не все. Но многие.
Ночью позвонил Карпец и сообщил, что в Грузии в местах лишения свободы жестоко убит Звиад Гамсахурдиа. А утром — позвонили из Тбилиси и сообщили, что в центре собирается несанкционированный антисоветский митинг…
Вот такие вот дела творятся. Грузия не даёт забыть о себе.
Утром, едва только приехал на работу, снова связался с Карпецом. Тот сообщил, что в Тбилиси находится начальник МУР генерал Еркин — по обмену опытом, он учит грузинских коллег своему, а Еркина грузинские коллеги учат в свою очередь приёмам борьбы с наркомафией. С ним же находится группа оперативников МУР…
Дал указание забрать всё, что есть по смерти Гамсахурдиа и вылетать в Москву, как заберут. Рекунков назначит на это дело следователя, он и будет дальше вести следствие по делу.
Провели совещание с членами Политбюро по телефону, Алиев вылетел в Тбилиси как уполномоченный от Политбюро…
Дальше новое совещание, новая отрасль, где назревает крах — гражданская авиация.
Исходные данные — в настоящее время у нас четыре крупных самолётных КБ — Туполев, Антонов, Яковлев и Ильюшин. Есть ещё Микоян и Сухой, которые гражданской авиацией не занимаются, и два вертолётных — Миль и Камов. Антонов и Ильюшин занимаются военно-транспортной авиацией, Туполев занимается стратегическими бомбардировщиками, Яковлев пытается влезть в конкуренцию Микояна и Сухого но его машины с движками вынесенными на крыло — проигрывают безнадёжно.
Есть ещё КБ Бериева — по гидросамолётам, хотя у них есть интересные наработки и по лёгкой авиации. И КБ Мясищева, которое фактически без заказов.
Общее количество КБ равно таковому в США и Европе вместе взятых! Через тридцать лет в мире и вовсе установится дуополия — после того как МакДонелл-Дуглас не сможет развивать современную линейку, он продаст гражданское отделение Боингу, но военное оставит себе. При этом, в СССР установлено правилом внутренней конкуренции, то есть одним проектом занимается несколько КБ. Тратятся деньги. Принимаются не самые оптимальные решения.
Главное, что не понимают наши авиационные генералы: главным уже сейчас является не скорость (Гонка за скоростью, выразившаяся в создании Конкорда/Ту144 это путь в никуда), а стоимость пассажиро/километра, сроки и стоимость обслуживания самолёта. Туполев, например, хвалится тем, что его Ту-134 называют гражданским истребителем. Но это если не считать, сколько топлива он жрёт. Есть ещё показатель, сколько часов самолёт проводит в воздухе: это в равной степени вопрос как менеджмента авиалиний, так и конструкторских бюро. В некоторых авиакомпаниях к 2020 году был достигнут показатель 16–17! То есть из 24 часов в сутках их самолёт проводит в воздухе 16–17 часов! У нас — хорошо если 5. То есть, у них, если вычесть простои на ремонт — самолёт практически постоянно в воздухе, зарабатывает деньги. У нас — стоит на земле.
Кстати, как зарабатывают так называемые лоукосты, как они могут добиться цены билета в десять — двадцать долларов? Во-первых — такие не все билеты, а только если покупать за полгода или если салон не заполнен — тогда оставшиеся билеты выбрасывают по бросовой цене, а покупают их спонтанно. В Европе Шенген (будет) потому там вполне нормально в пятницу зайти на сайт авиакомпании, посмотреть, куда есть билеты по бросовой цене, купить — и провести выходные в Бухаресте или в Праге, просто так, потому что выдалась возможность. А у нас почему не так?
