Ужас сковал мои легкие, мне стало тяжело дышать, и первый раз в жизни я почувствовала легкий укол испуга в сердце. Моя семья в опасности. Я не была виновата в том, что нечто охотится за мной, но все же я чувствовала вину. Ведь именно из-за меня эта тварь гуляет по зеркалам в нашем доме. Я задумалась о том, как существо перемещается и как выбирает жертву. В хаотичном порядке? Просто ходит по всем отражениям, если кто-то нравится, начинается с ним играть? Это было нелогично и тупо, скорее всего даже у этого демона была какая-то своя система. Как недавно сказал Эрик, во мне действительно зародилась некая детективная привычка все систематизировать. Необходимо было найти общее между уснувшими, а так же теми, кто видел чудище в зеркале. Пока что из последних всего двое: я и Эрик.
Я быстро взяла ручку и лист бумаги, расчерчивая его на две колонки.
«Общее» и «различия».
Было довольно сложно составлять список схожести и различия, не обращая внимания на личные качества и внешность.
Я быстро оставила свою бредовую идею и завалилась на диван, раскинув руки в стороны. Закрыв глаза, я представила, что бы делала, если бы была монстром, живущим в зеркалах. Во-первых, я бы следила за теми люди, которые мне нравились или которых бы я ненавидела. Но для этого тоже нужно их как-то найти. Значит, мне нужно было начать с тех, кого я точно знала. Это могли быть родственники людей, которые когда-то сделали мне плохо. Если демон, живущий в зеркалах, не всегда был демоном, когда-то он мог быть человеком. В каком-нибудь пятом веке нашей эры ему могли причинить боль и он поклялся, что отомстит, чего бы ему этого ни стоило. И как любят писать в нынешних книгах: к нему явился сам Дьявол и предложил сделку, продать душу, а взамен вечная жизнь и возможность отомстить. Не буду лукавить, неплохая и очень соблазнительная сделка. Будь я чуточку злопамятнее и инициативнее, то непременно бы обзавелась парочкой врагов и уж точно захотела бы им когда-то отомстить. Если демон мстит, то он идет по кровной линии, либо по дружеской. Не обязательно убивать всю родню, можно так же переключиться и на друзей, даже просто на знакомых. Если все было так, как я думала, значит, моя семья и семья Эрика когда-то была чем-то или кем-то связана. Я много читала про реинкарнацию душ, так что ничего не мешало предположить, что когда-то наши семьи были одной единой и мы чем-то насолили человеку, спустя столетия превратившемуся в монстра. И вот спустя столько веков, он наконец-то обзавелся достаточными силами или идеями о мести и решил выплеснуть ее наружу. Пожалуй, эта мысль была не такой глупой, если все тщательно взвесить. Но чего добивался человек из зеркала? Он хотел не просто убить, а помучить своих жертв. Разве это пытка? Хотя для родных, кто остался в этом мире, страдания ребенка – это подобно смертельной пытке. Но чем моя семья могла быть связана с другими, чьи дети тоже пострадали?!
В голове начались такие серьезные мыслительные процессы, что я почувствовала мигрень и постаралась успокоиться. Все было как-то связано, а если нет? Если чудовище не мстило, тогда просто развлекалось? Он ходит по зеркалам, выискивает тех, кто нравится, а потом мучает? Не так весело и интересно как мстить, но кто знает, какие психические отклонения у этого Нечто и какие психопатские наклонности.
Стэйми припарковала свою машину недалеко от школы и вытащила ключи зажигания. На девушке было сине-оранжевое платье, которое очень хорошо сочеталось с ее медовыми волосами и карими глазами. Я сперва надела джинсы, но когда увидела на пороге красивую подругу, то выбрала в шкафу фиолетовую юбку с черной кофточкой. Все-таки собрание было не столько веселым, сколько траурным. Мы выбрались из машины и зашагали к главному входу, когда увидели ряды машин на парковке. Занято было буквально все, машины стояли так близко друг к другу, что залезть внутрь салона казалось очень проблематичным. Я тут же заметила среди других машин черную шевроле, и про себя улыбнулась. Эрик уже приехал.
Зайдя в школу, нас обдало божественным запахом свежей выпечки. В холле на первом этаже толпа медленно двигалась к столам регистрации, чтобы взять значок со своим именем и годом выпуска. Я заметила возле входа во внутренний дворик Мистера Хайта и попыталась вспомнить, как звали учителя испанского. Я никогда не была на его уроках, потому что училась в профильном классе и у нас преподавала Миссис Пакит, которая знала испанский лучше, чем английский.
– Не думала, что столько людей приедет. Это же обычная встреча, когда такое было в прошлый раз, то здесь находилось человек двадцать, а сейчас…, – прошептала Стэйми мне на ухо.
– А сейчас тысяч двадцать, – закончила я.
