– Да, а какую?
– Вечером узнаешь! Пойду, к врачу схожу, может, чудо случилось, анализы позавчера ведь сдал, сегодня будет результат.
Чуда не случилось, всё по-прежнему было без улучшений. Хотя врач успокаивал, что организму трудно одновременно с двумя такими болячками бороться, он понимал: дела его плохи. По себе он ничего не чувствовал. Они с Танюхой жили в своё удовольствие, много бывали на природе – собирали грибы, рыбачили, охотились. Много ездили по знакомым и одноклассникам в другие города, отдыхали на море. Однако мысли о скором конце всегда его тревожили и не давали покоя.
Вернувшись домой, он поел и уснул. Таня незаметно выскочила на улицу и побежала к Сергею. Дверь открыла Катя.
– Катенька, прими наши соболезнования. Царство небесное твоему папе.
– Спасибо, заходите.
– А Сергей дома?
– Нет, ушёл давать объявление о продаже квартиры.
– Катя, – начала Татьяна, – ты понимаешь, не по-человечески это всё. Отец места себе не находит. Ты должна ему помочь всё-таки встретиться с отцом, ведь неизвестно – свидятся ли ещё.
– Я понимаю, но делать ничего не буду. Это его дело, и я не собираюсь вмешиваться.
– А ты изменилась. Так ты хочешь сказать, что Сергей не собирается с ним встречаться?
– Я хочу сказать, что вам пора. Если придёт Сергей и застанет вас здесь – будет скандал.
– Я поняла, Катя. Мне плевать на скандалы. А вот то, что вы добиваете всем этим и так смертельно больного близкого человека, это не по-людски. Бог вам судья.
Она вышла как оплёванная. Никогда её ещё не охватывал такой ужас от человеческой жестокости. В тот же миг она силой воли вычеркнула этих людей у себя из памяти и спокойно пошла домой. Между домами они столкнулись с Сергеем. Он приостановился, а она прошла мимо, сделав вид, что проходит мимо пустого места.
Придя домой, спокойно стала накрывать на стол. От звона тарелок проснулся Иван Николаевич. Умылся, начал ей помогать.
Гена пришёл, как и обещал, в пять пятнадцать. Зашёл, хотел раздеваться, но Иван Николаевич его остановил.
– Гена, у меня к тебе просьба, не раздевайся. Делона пять минут.
– Ну, давай.
– Вот возьми, занеси в мою бывшую квартиру и отдай эту папку Сергею.
– А почему я, сам, что ли, не можешь?
– Гена, – оборвала его Таня, – тебя попросили как человека, чего выкобениваешься? Сбегал, передал и бегом назад, за стол. У меня уже мясо в горшочках с грибами стынет и водка греется.
– Ладно, чё накинулись, уже и спросить нельзя. Так что, просто отдать и всё?
– Да, просто отдать Сергею и всё, за стол. Давай.
Через десять минут они дружно чокнулись, и Иван Николаевич произнёс как тост:
– За мою бывшую квартиру, пусть новые хозяева в ней живут долго и счастливо.
Выпили, потом ещё и ещё. Таня не уступала мужикам, так как решила сегодня тоже напиться. С каждой следующей рюмкой за столом становилось теплее и спокойнее. Утихала душевная боль, уходило, не оставляя следа, прошлое. Всё затянулось туманом. Хорошим туманом, без которого было бы намного хуже.
Сергей с Катей на сорок дней решили не оставаться. С денег, которые получили от продажи квартиры, оставили две тысячи долларов на памятник и оградку.
– Сходишь, мама, закажешь, а через год поставят.
– А вы что, через год не приедете?
– Не знаем, мам, это мы тебе на всякий случай.
– Ну, спасибо! Хорошо зарабатываете, если такие деньжищи водятся.
– Да, уже хорошо. Мам, а что ты говорила, что Тоня должна приехать?
– Да, позвонила и сказала, что сегодня будет. А что, не хочешь видеться?
– Ну почему же, приедет – свидимся, сёстры как-никак.
– Привет, сестрёнка, здравствуй, мама, – за спиной неожиданно появилась Тоня.
Сергей с удивлением смотрел на милую симпатичную девушку, которая поразительно была похожа на Катю.
Поздоровались, сели за стол, помянули отца. Потихоньку разговорились.
– Вы когда назад?
– Тонь, ты знаешь, наверно, завтра. Хорошо, что ты приехала, с матерью побудешь, а то нельзя её ещё одну оставлять.
– Нет, ребята, у меня съёмки на послезавтра. Поэтому я тоже завтра улетаю, я уже и билет купила, так что сиделка из меня не получится.
– И что, бросим так её одну?
– Почему бросим? Просто у каждого своя жизнь и никто не собирается подстраиваться под обстоятельства. Ничего страшного, так ведь, мама?
Мать кивнула, встала из-за стола и пошла, чтобы никто не видел наворачивающиеся слёзы.
– Как вы там живёте?
– Да ничего живём. Серёжа устроился на работу, помощником коммерческого директора. Зарплата приличная. Приедем, будем снимать квартиру, а то от этой общаги уже тошнит – там одни чёрные живут. Так сказать, афроамериканцы. Я тоже скоро пойду на работу.
– Слушайте, а можно я к вам через полгодика приеду? У меня как раз перерыв между съёмками. Или вы актрис интересного жанра не хотите видеть в своём доме?
Катя посмотрела на Сергея, а он, в свою очередь, на Тоню.
– Я не против, только мы заняты целыми днями, сама там будешь.
– Да вы мне особо и не нужны. Я Париж хочу посмотреть, да и дельце там у меня небольшое есть. Обузой не буду, деньги у меня есть. Пришлёте приглашение?
– Хорошо, сестричка, приезжай. Там и поговорим. А сейчас я пошла собираться.
