А отсюда напрашивается вывод, что и убийство оябунов не было заключительным ударом врага. Остается понять, какую цель преследует враг своей многоходовой игрой? И если Нагата сегодня приехала в театр, возможно враг именно этого и добивался? Она ведь не просто так сюда приехала. Нагата — одна из фигур в шахматной игре, которую ведет Накамура с невидимым противником.
Что если враг просчитал этот ход Накамуры? Знал, что Нагату отправят именно сюда и именно сейчас. Возможно такое? Вполне возможно. И какой свой ход заготовил этот враг? Я вдруг увидел весь этот праздник другими глазами. Я вдруг мгновенно сообразил, какой именно ход мог задумать, если бы сам был на месте врага.
Сделка с Шода — это важно, но не критично. У Техиро таких партнеров вагон с телегой. Ну одним больше, одним меньше. Не огромная потеря. Подставить под удар Маюми — тоже слишком мелко для такого могущественного противника. При всем моём уважении, Маюми — всего лишь один из боевиков клана Техиро. Если не пешка, то легкая фигура.
А вот важная, ключевая фигура — это Мэй Нагата. Она универсальный инструмент в руках Накамуры. Она проворачивает такие фокусы, какие не под силу никакому другому екаю. Я понял, что именно затеял враг. Враг хочет подставить Нагату еще раз. Он предпринял попытку ровно год назад, но в тот раз вышла осечка. Накамура умудрился замести все следы под ковер.
Теперь враг спланировал новую атаку. Ведь когда убили двух оябунов, во всем сразу обвинили Маюми, которая сидела в клубе неподалёку и к этим оябунам даже не подходила. Если сейчас кто-то устроит резню, кого обвинят?..
Внезапно я почувствовал настолько мощное магическое воздействие, что тонкое видение включилось мгновенно. Я бы даже сказал, на каком-то новом уровне оно включилось. Потому что я прямо сквозь стены здания стал видеть, как танцует Мэй Нагата. Она светилась подобно звезде, затмевая все.
Хорошо, что когда у меня включается видение, я становлюсь полностью отрешенным наблюдателем. Иначе наверное не смог бы оторваться от такого зрелища. Я перестал наблюдать за танцем Нагаты в здании театра и переключил внимание сюда в спортзал.
И первое, что увидел, как поднимается со своего места тот самый седой дядечка в традиционной одежде типа кимоно. И уже начал вытягивать этот дядечка из-за пазухи что-то смертоносное за длинную рукоять. И смотрит прицельным холодным взглядом прямо на Есико, которая танцует как раз в трех шагах от него, будто уже выбрал свою первую жертву. В следующий миг я осознал, что дядечка этот вовсе не седой. Он чертов альбинос. И дядечка этот екай. И оборотень его — белый волк.
Время замедлилось для меня. Я хотел закричать, но не смог. Есико будто почувствовала нехорошее. Перестав танцевать, сорвала с себя плюшевую лисью голову. В ее глазах застыл ужас, как будто увидела того самого белого зверя из своих кошмаров.
Я отдавал себе отчет, что не успеваю ничего сделать. Но каким-то образом так же знал, что яркая аура альбиноса — это часть его энергетического тела. Я послал какую-то волну, прокатившуюся по его ауре, сминая ее свечение, перемешивая цвета. Не знаю, что это была за волна, но аура альбиноса зарябила и резко поблекла, а сам он рухнул на пол, будто лишился всех сил.
От резкого перенапряжения мне тоже стало нехорошо. Из носа хлынула кровь. Есико, не выдержав нагрузки на психику, грохнулась в обморок. Весь зал повскакивал с мест. Только что было все хорошо. Было весело и с танцами. А тут в один миг двое валяются без сознания, а у третьего кровь из носа.
— Господа, ничего страшного не случилось, — я повернулся лицом к залу, прикрывая нос ладошкой, — Это от волнения и духоты. Мы очень долго репетировали и, видимо, перенапряглись… кто-нибудь, откройте окно… и помогите перенести дядюшку вон туда на маты… я уже звоню в скорую, прошу вас не загружать линию и не звонить самим.
Я набрал номер Нагаты. Я видел, что она закончила свой танец, значит должна взять трубку. На пятом гудке она ответила.
— Вы немного не вовремя, Каратоси-сан, — Нагата тяжело дышала, танец отнял у нее много сил.
— К сожалению, дело не терпит отлагательств. Возьмите пару ребят покрепче и идите в соседнее здание спортзала.
— Откуда вы знаете… хотя неважно… иду.
Я поднял Есико на руки и перенес в угол зала на стопку спортивных матов. Кто-то уже открывал настежь окно. Еще двое взяли за руки и за ноги альбиноса и тоже потащили к матам. Музыка стихла. Танцоры остановились, водя туда-сюда в растерянности плюшевыми головами.
Не прошло и минуты, как в спортзал вошла Нагата в сопровождении двоих охранников.
— А вот и доктор, — сообщил я громко не столько для зрителей, сколько для самой Нагаты, — Пожалуйста не волнуйтесь. Сейчас мы перенесем пострадавших в соседнее здание. Там есть все необходимое для оказания медицинской помощи.
Нагата сориентировалась мгновенно. Жестом показала охране забрать тело альбиноса. Двое молодцов в черном кинулись выполнять. Я снова поднял Есико на руки, и капая из носа красной кровью на ее рыжий сценический наряд, понес к выходу.
