Нагата задержалась в спортивном зале буквально на минуту. Она начала отстукивать ритм и хлопать в ладоши. Зрительный зал тут же приковался к ней вниманием.
— Праздник продолжается, уважаемые господа, — сказала Нагата, — Давайте поддержим наших танцоров аплодисментами… музыку… включайте музыку.
Зрители дружно захлопали. Кто поднялся с места, тот уселся обратно. Из динамиков снова раздался мотив. Танцоры ожили, снова начали исполнять свою квадроберную самодеятельность. Нагата кинула на танцоров снисходительный взгляд и тоже вышла из спортзала.
Пока я нес Есико к зданию студенческого театра, видел, как шишки из Техиро рассаживаются по своим дорогим машинам. Встретился взглядом с директором Кантимой и улыбнулся ему. Кантима почему-то в ответ не улыбнулся. Быстро сел в машину, захлопнув дверь.
В фойе театра я уложил Есико на гардеробную стойку. Альбиноса усадили в кресло. Все остальные посетители театра разошлись. Кроме нас и двух охранников никого не осталось.
— Что с Есико? — спросила Нагата тревожно.
— Обморок, — ответил я.
— А это кто?
— А это альбинос, он собирался устроить резню в спортзале.
— Альбинос? — переспросила Нагата, — Тот самый?
— Тот самый. Проверьте его, он вооружён.
Один из охранников обыскал альбиноса, забрав спрятанный за пазухой короткий меч и устрашающего вида нож.
— Он одет как боевой екай, Нагата-сан, — со знанием дела доложил охранник, — Такую одежду можно сбросить одним движением.
— Он и есть боевой екай, — ответила Нагата, — Вяжите его покрепче и везите храм. Сегодня в камере Маюми, полагаю, сменится постоялец.
Охранники очень профессионально и быстро спеленали альбиноса, закинули в черный Гелендваген и укатили. Мы остались втроем.
Я осторожно похлопал Есико по щекам. Она открыла глаза, в которых по-прежнему стоял животный ужас.
— Все в порядке, Есико-сан, вы в безопасности, — попытался успокоить ее я.
Узнав меня, Есико расплакалась. Я гладил его голове и заверял, что все уже позади. Нагата стояла рядом в молчаливой задумчивости.
— Я узнала его, — всхлипывая, призналась Есико, — Этот самый оборотень. Это он убил людей в спортзале. А я… как я могла это забыть?
— Есико, девочка моя, — сказала Нагата, — Мне пришлось стереть тебе память. Но когда ты снова увидела альбиноса в том же самом спортзале, печать забвения слетела. Прости меня, Есико, у меня не было другого выбора.
— В глубине души я всегда помнила, что вы и есть лисица-кицунэ, Нагата-сан, — сказала Есико, — Это вы меня тогда спасли.
— Я тебя не спасала, Есико. Я пришла позже, а ты пряталась в раздевалке. Тебе повезло, что альбинос тебя не нашел.
— Да, повезло… вдвойне повезло, — согласилась Есико, — Ведь я встретила вас, Нагата-сан. Теперь я знаю, что екаи существуют.
— Да, девочка, — вздохнула Нагата, — Теперь ты все знаешь.
— А вы, Масима-сан? Вы тоже екай? Екай из России?
— Нет, — я рассмеялся, — Я обычный человек. Не екай…
Вдруг дверь театра распахнулась и вошёл Накамура. Настроение у него было приподнятое.
— Нагата, ты танцевала не зря, — увидев Нагату, начал он с порога, — Этот говнюк Оками выбросил четыре и шесть. У меня выпало две пятерки. Ничья, все остались при своих… так… я вижу все ваше агентство в сборе…
Вся веселость с Накамуры слетела.
— Так получилось, господин старший секретарь, — при посторонних Нагата не стала называть его оябуном, — Каратоси-сан и Ямасаки-сан оказались случайными свидетелями.
— Свидетелями чего? — жестко уточнил Накамура.
— Они были в спортзале. Видели как… как маньяк попытался напасть на людей.
— Так, — Накамура уселся в кресло и закинул ногу на ногу, — Значит, вы, Ямасаки-сан, и вы, Каратоси-сан, видели маньяка. Расскажите, будьте добры, что там произошло?
— Он сидел в первом ряду, — начал я, — Вот так… через два кресла от меня. И вдруг он поднялся с места, и я увидел, как он достает меч.
— Любопытно, — Накамура тонко улыбнулся, — Что случилось потом?
— Он сделал шаг и упал.
— Сам?
— Что сам?
— Сам упал?
— Ну да.
— Хм… — Накамура забарабанил пальцами по подлокотнику, — А как вы поняли, что он маньяк?
— Ну… Ямасаки-сан его очень испугалась, — сообщил я.
— Какой-то странный рассказ, не находите? — усмехнулся Накамура.
Тут я с Накамурой согласен. Версию я выдал шитую белой ниткой. Но теперь уж придется ее придерживаться.
— Возможно я упустил какие-то подробности, — выдал я, — Я же сидел сбоку…
— А мне кажется, Каратоси-сан, вы знаете больше, чем пытаетесь показать, — заявил Накамура, — А чтобы не тратить попусту наше с вами время, я открою вам один маленький секрет.
— Любопытно.
— Еще бы не любопытно, — Накамура снова усмехнулся, — На территории клуба Тотус есть несколько внешних видеокамер, про которые никто не знает. А я знаю. Я просматривал записи с этих камер. Угадайте, кого я увидел на этих записях.
— Теряюсь в догадках.
— Вас, Каратоси-сан. В день, когда произошел несчастный случай с нашими сотрудниками, и в день, когда полиция поймала гиену. Не подскажете, как она оказалась в вашем багажнике?
Я пожал плечами. Дальше врать не имело смысла, но и наговаривать на себя не собирался.
