После обширной кибератаки на южнокорейские компании, хакерская группа "Драконы Северной Звезды" родом из Пхеньяна внезапно прекращает свою деятельность. Поговаривают, один из лидеров группы, "Серый Дракон" Кан Гванджин, бесследно исчез. Спустя некоторое время Юг принимает очередного беглеца по имени Кан Ён Сок. По результатам государственной программы адаптации беглецов, молодой мужчина с минимальными навыками жизни в новом для себя мире попадает на работу в техническую поддержку одной из компаний семьи Пак, которой принадлежит значительная часть Сеула.
Самым сложным было не смотреть пограничнице в глаза.
Я протянул насквозь фальшивый паспорт гражданина КНР старого образца, который годился только на то, чтобы подняться на борт самолета в стране третьего мира. Любая маломальская проверка моментально вычислит липу, но это мне и было нужно. Я не являлся шпионом Севера, я наоборот хотел сдаться. За спиной успешный переход границы с Монголией, покупка билета на самолет и уже через четыре часа я оказался здесь, на стойке пограничного контроля аэропорта Кимпхо в Сеуле. Конечно же, маршрут через Юго-Восточную Азию был в разы популярнее, но там меня могли ждать. Так что пришлось искать брокера, который переправит меня в монгольские степи. Но все это уже позади.
Я в Сеуле.
Едва завидев мои документы, милая на вид пограничница аккуратно подняла руку, давая кому-то знак.
— Господин, пройдемте.
Мужчина в штатском появился прямо за моей спиной и аккуратно положил ладонь на плечо, будто бы намекая, что дергаться мне не стоит. Вместе с ним, держась в трех шагах позади, пришли и несколько людей в форме, но говорил и активно действовал только этот человек, в простом коричневом пиджаке и небрежно затянутом галстуке-удавке, которые носят, судя по просмотренным мной сериалам и фильмам во время жизни в Китае, клерки и офисные сотрудники среднего звена.
Подавив желание пробежаться по лицам сопровождающих глазами, я упер взгляд в пол, коротко кивнул и покорно последовал за сотрудником службы безопасности.
Отличительная особенность всех беглецов — закрытость и недоверие, нервозность, а значит, я должен вести себя именно так. Я просмотрел сотни интервью и репортажей о беглецах, пока ждал липовый паспорт. За документы мне пришлось отвалить почти восемьдесят тысяч юаней, не говоря о стоимости перехода границы, дороги до Улан-Батора и билета на самолет до Сеула. Я хорошо изучил, как мне нужно вести себя во время прибытия в пункт назначения.
Но вот, мое долгое путешествие наконец-то подошло к концу. Впереди — дверь в тесную переговорку где проведут допрос, соберут мои данные, дадут первые наставления. А после нее мне откроется путь, к которому я так стремился. Наконец-то я сбежал на Юг и готов начать новую жизнь.
— Вот тут подпишите, на каждой странице.
Немолодая менеджер по персоналу подтолкнула в мою сторону внушительную стопку документов.
— Что это? — спросил я, пытаясь вчитаться в мелкий шрифт, не касаясь при этом листов.
— Дополнительное соглашение о неразглашении коммерческой тайны, — терпеливо ответила женщина, хотя по ее надменному выражению лица я видел, что она едва сдерживается. — Как только вы получите ключ-карту и станете сотрудником компании, все, что происходит внутри здания, является тайной и разглашению не подлежит. Вам понятно, господин Кан Ён Сок?
— Предельно понятно, — ответил я, пододвигая к себе документы.
Женщина смерила меня высокомерным взглядом, но ничего не сказала. Я же погрузился в чтение.
— Вы что делаете⁈ — воскликнула менеджер.
— Читаю то, что буду подписывать, — бесхитростно ответил я, поправляя на носу очки в тяжелой роговой оправе. — А что?
— Мы тут до конца дня просидим! Берите и подписывайте! — приказным тоном скомандовала менеджер и постучала ногтем по стопке бумаг. — На каждой странице!
— Простите, уважаемая госпожа Чхои, но в учебном центре нам твердили, чтобы мы не подписывали бездумно документы, даже если нас будут заставлять… — честно ответил я, сложив руки на коленях и как можно ниже опуская голову и плечи.
Я просто беглец из Северной Кореи, который устраивается на свою первую в жизни настоящую работу. Полгода обучения и адаптации были похожи на курорт, но все рано или поздно заканчивается.
— Это что еще за вздор! И что же вам такого надо беречь, господин Кан⁈ Хотите сказать, наша компания жулики⁈ Вы что себе позволяете!
— Ничего такого, Аджума, пожалуйста, вы не так все поняли… Нас учили в центре. Мне же положена выплата, про нее много говорили. Каждый месяц, как беглецу. Правительство обо мне заботится и вот, чтобы я не стал жертвой мошенников…
Я понял, что сказал лишнего. Лицо менеджера Чхои пошло пятнами, а сама она стала похожа на разъяренную рыбу фугу. Только что иглы не полезли во все стороны.
— Ты как меня назвал… — прошипела менеджер Чхои, пропустив мимо ушей слова о мошенниках. — Я что тебе, старуха⁈
— Простите, пожалуйста, госпожа Чхои, простите!
