Спецкор - Прерия полностью

Марат подал мне руку, демонстрируя безупречные манеры, и повел к дому. Под пальцами ощущала стальные мускулы его руки, видимо, серьезно занимается спортом. Может, попросить его научить серфингу? Или, не рисковать?

Нас встречали наверху широкой лестницы супруги Дашко, чему не могла не порадоваться - всё-таки знакомые лица. Дочка тоже присутствовала - миленько смотрелась в белом с голубыми вставками платье, уверена, что именно такая фасон популярен сейчас в Новом Париже, столице Эдема, которая в последнее время стала негласной законодательницей мод, переплюнув даже старый земной Париж.

Я оглядывалась в поисках знакомых лиц, чтобы проверить свою память, насколько хорошо подготовилась, но стоило заметить мужчину, со спины похожего на Глеба Макарова, как все пошло прахом. Он обернулся, медленно, заставив усиленно забиться сердце, и оказался совсем незнакомым. Но реакция была необратимой. Рана, которая казалась затянувшейся и надежно покрытой рубцами, открылась вновь. Именно сейчас, в такой неподходящий момент! Я шла среди улыбающихся людей, здоровалась, отвечала на приветствия, даже улыбалась. А хотелось кричать, топать ногами, рыдать навзрыд. Мне казалось, что я одна, что вокруг пустыня, что никто меня не видит и не понимает, что даже соверши я сейчас что-то страшное, и тогда эти люди останутся равнодушными. Мне не место среди них, не место! И какая я журналистка? Что я такого совершила, чтобы занять это, совсем не свое место? Что я вообще могу, когда, стоило увидеть свою первую любовь, и сразу превратилась в то, чем и являлась - наивную девчонку, так же мало знающую о жизни, как в те свои пятнадцать лет, когда стояла перед взрослым другом и признавалась в своей всепоглощающей, единственной, настоящей любви.

Приступ жалости к себе длился и длился, когда боль в запястье заставила вынырнуть на поверхность. В уши ворвался шум, в глаза - яркие краски вечера, сияющего тысячью огней, улыбающихся или надменных лиц, дорогих нарядов.

И громкий шепот Марата прямо возле уха:

- Что происходит, черт возьми?! Очнись, Ди! Ты только что проигнорировала полпреда, а он, между прочим, сделал тебе комплимент.

- Да? Где он? - Боюсь, в голосе моем не было и сотой доли того энтузиазма, которого ждал от меня Марат, когда я оглядывалась в поисках главного лица этой планеты.

- Ушел. Отвлекли. А может твое холодное 'Впечатлена!' его отпугнуло. Нашла с кем из себя строить недотрогу.

Он явно злился, но последние слова и меня заставили вспыхнуть:

- Что ты сказал? Недотрогу?

Марат даже на шаг отступил, взглянув в мое лицо:

- Ди, мы работать должны… - пробормотал он, - извини, но ты же Спец Кор! Программа…

- Господин Токаев, - я улыбнулась так не вовремя взявшемуся откуда-то Михаилу Ступину, секретарю полпреда, насколько запомнила, приближавшемуся к нам за спиной админа, - познакомьте нас, будьте добры.

Марат оглянулся и, включив все свое обаяние, представил мне секретаря.

- Могу я украсть у вас на минутку прекрасную спутницу? - Нахально произнес тот, после обмена приветствиями. - Буквально на пять минут.

- Конечно, - сквозь зубы произнес Токаев и взглянул на меня мрачноватым взглядом, - буду ждать тебя у того бара, Диана, хорошо?

Я кивнула и последовала за секретарем. Тот ловко огибал гостей, придерживая меня за локоть, наверное, чтоб не сбежала. Меня не слишком интересовало, что ему от меня надо. Видимо, состояние боли и одиночества, не до конца покинули душу. Или журналистка из меня, и правда, никакая? Где любопытство, где попытки нажить себе неприятностей в поисках 'горячих' фактов? Где интуиция, в конце концов?

Помогло? Или то, что Ступин внезапно свернул в боковой проход, ведя меня по длинному, освещенному слабыми лампочками коридору, заставило прийти в себя и почувствовать особое ощущение чего-то интересного? Инстинкт охотницы? А может, жертвы?

Ладно, чего гадать, будем действовать по обстоятельствам.

- Прошу. - Открыв одну из многочисленных комнат, он пропустил меня вперед, а сам остался снаружи и плотно прикрыл за собой дверь.

О-па! Что бы это значило? Мне начинать бояться или подождать?

Полутьма, царившая в помещении, не сразу позволила разглядеть обстановку, довольно скромную, надо сказать. Диван, стол и пара стульев перед ним. Чей-то кабинет?