Студент исторического факультета Никита Савонин оказывается участником исторического процесса. Решив разобраться в корнях национального терроризма и сепаратизма, он вновь чудесным образом попадает в Бухару 1920 года. Разгул басмаческого движения, виток Гражданской войны в Средней Азии. Но на этот раз попадает туда не он один. Группа спецназовцев ГРУ, командированных в 1985 году в Баграм, терпит авиакатастрофу. Все выжили, но… оказались там же, в Бухаре 1920 года. Познакомившись с легендарным Фрунзе, бойцы во главе с отцом Никиты, Валерием, решили помочь РККА захватить контроль над эмиратом, и осуществили там боевую операцию. Но вот что делать дальше, когда беспредел красных становится очевидным? Будут ли ребята дальше отстаивать ложные убеждения своих отцов или изменят ход истории?
Светлой памяти любимой бабушки — Тамары Ибрагимовны Жуковой
«Провести время? Ишь чего захотела! Время не проведешь!»
«Эмир без родины жалок и ничтожен. Нищий, умерший на родине, — воистину эмир»
Никита чувствовал себя нехорошо с самого утра. Бывают такие дни-вроде ничего не случилось, а что-то внутри тебя уже не на месте. Дурное предчувствие не оставляет, хотя вроде никаких предпосылок к плохому и скверному нет.
Весь день в университете он не мог собраться с мыслями и, казалось, что-то мешает ему сосредоточиться на учебе. Он списывал это на меняющуюся погоду — в Москву приходила весна, а зима еще никак не желала покидать пределы столицы. Холодная, ветреная погода чередовалась с метелями, а потом отступала под натиском первых, но сильных и уверенных солнечных лучей, обманчиво возвещающих теплые деньки.
Надвигалась защита диплома, и такие перемены в погоде и самочувствии никак не шли на пользу студенту. Появлявшиеся совершенно некстати подозрения о чрезмерной эмпатичности (подкрепленные, надо сказать, определенными событиями в его жизни), не прибавляли энтузиазма.
После третьей пары, когда стало казаться, что Никиту совсем оставляют жизненные силы, к нему подошел Кирилл Семагин — одногруппник и друг детства. Так сложилось, что они выросли в одном дворе, а потом решили вместе поступать на исторический факультет — пытливые умы обоих юношей манили неразгаданные тайны истории, навеваемый ею флер и желание открыть нечто новое там, где, казалось бы, все давным-давно открыто.
— Ты жив, старик?
— Еле-еле.
— Что с тобой такое?
— Не знаю, погода, наверное, меняется.
— Рановато тебе еще метеозависимым становиться.
— Как видно, самое время…
Юноша улыбнулся — не только шутка товарища подняла ему настроение, но и входящее СМС от Инги, его девушки. Она писала, что после этой пары заедет за ним и они вместе отправятся на прогулку. Хотя погода и не вполне располагала к променаду, а все же столь заманчивая компания не позволяла отклонить предложение.
— Слушай, мне нужна твоя помощь.
— Чем могу?
— У тебя сохранились материалы по Тамбовскому восстанию?
Никита поежился — воспоминания, связанные с этим историческим событием, были хоть и положительные в итоге, но не самые приятные в частностях. Еще бы, когда ты вдруг ни с того ни с сего переносишься на 100 лет назад и принимаешь участие в подавлении восстания рука об руку с маршалом Тухачевским, потом становишься объектом охоты спецслужб, потому что являешься носителем государственной тайны, а потом еще никому не можешь об этом рассказать, чтобы тебя ненароком не приняли за сумасшедшего — согласитесь, есть поводы чувствовать себя не в своей тарелке[1].
— Конечно, а зачем тебе?
— Статью хочу написать. Понимаешь, у меня для диплома публикаций не хватает. Тема неважна, а руководитель требует количество. Вот решил попросить у тебя какие-нибудь заготовки. Как-никак, кто поможет, если не друг детства?
У Никиты действительно полно было материала по теме, даже и не связанного с секретами применения маршалом Тухачевским химического оружия — сама по себе тема была очень интересная, и юноша решил сохранить наработанный в архивах материал для потомков.
— Какие вопросы? Поедем после пары сразу ко мне, я тебе все и отдам!
— Заметано!
Следующая пара пролетела незаметно — мыслями Никита был уже на свидании с Ингой, и сама погода, казалось, даже стала незаметно улучшаться. Совсем незаметно для окружающих и очень заметно для Никиты. Полтора часа спустя они с Кириллом выходили из здания университета на парковку, где уже стояла машина Инги, как вдруг Кирилл остановился на ступенях и уткнулся в телефон.
— Блин, сорри, старик, не смогу поехать.
— А что случилось?
— Мама пишет, что срочно надо приехать домой. Потоп у них там или еще что-то вроде того, короче, без моих рук никак не обойтись.
— Ну так давай мы тебя подбросим?
— Нет, сейчас самый час пик, на метро короче будет.
Кирилл был прав — он жил недалеко, и по зеленой ветке метро до его дома было от силы минут 20 ходу. В такую пору застрять в центре Москвы в пробке было проще простого, потому Никита согласился с его логикой.
— Тогда сегодня же вечером пришлю тебе все по электронке.
— Договорились.
Друзья попрощались, и разошлись по разным сторонам — Никита побежал к машине возлюбленной, а Кирилл — в сторону станции метро «Маяковская», неподалеку отсюда.
