– Быстрее! Быстрее!
Топот шагов по трапу, запах горелой соляры, надрывный шум движка. Буксир с черными фигурами сгрудившихся спецназовцев отвалил от причала.
Скворцов заметил под лунными светом профиль огромного корабля с крапинками тусклого света.
Пристали к трапу. Большими белыми буквами по борту – «Москва». И снова быстрый, глухой, дробный стук каблуков по корабельным трапам. Темные фигуры спецназовцев растворяются в утробе крейсера. А буксиры и катера подвозят и подвозят новых «пассажиров». Через час корабль вздрогнул, рыкнул и качнулся – могучая дрожь прошла по его гигантскому стальному телу. Скворцов услышал обрывки негромкого голоса Ушакова: «До Севастополя… миль. К утру будем на месте».
«Батальону спецназа «тревогу» объявили 22 февраля – в 15:30
Андрей Скворцов сидел, прижавшись спиной к теплой трубе. Рыжеватый свет с переборки выхватывал из сумрака тусклые овалы лиц. В голове роились фрагменты уходящего дня: тревога, сборы, вертолет, Ил-76, черное чрево крытого брезентом КАМАЗа, буксир, трап на крейсер… И все – «Быстро! Быстро!»… Куда? Зачем? Почему в Севастополь? Когда шли на буксире к крейсеру – спросил об этом лейтенанта. Тот буркнул в ответ:
– Если бы я сам знал.
Правду сказал или хитрит?
Андрей взглянул на часы. Была половина пятого. Двигатели корабля выли уже не так напористо – крейсер словно подкрадывался. Когда гул движков стих и спецназовцы, выстроившись гуськом вдоль прохода, начали друг за другом выбираться наверх, холодный, свежий воздух хлынул на них из открытого люка. Кто-то вверху негромко говорил:
– Я первый на двенадцатом! Можно начинать!
И снова глухой стук каблуков по трапу.
И ни одного огонька на причале.
И снова – жерло крытого брезентом КАМАЗа.
Кто-то из спецназовцев, сидевших у заднего борта, слегка отвернул брезент в углу кузова, Скворцов увидел в эту светлую расщелину утекающий ночной город. Машина лихо неслась по холмистым улицам, притормаживая перед виражами.
Она явно спешила спрятаться от света, который надвигался на город с востока. Еще через полчаса роте капитана Ушакова был дан «отбой» в казарме 810-й отдельной бригады морской пехоты Черноморского флота.
Всего за два-три дня после того, как в Киеве произошел вооруженный госпереворот, в Крым были переброшены несколько тысяч российских военнослужащих и сотни единиц боевой техники. То был «десант первой волны».
26 февраля 2014 года шумно гомонящая гигантская толпа собралась у здания республиканского парламента в Симферополе. В тот день на очередной сессии крымские депутаты должны были рассматривать два вопроса – «О политической ситуации в Крыму» и «Об отчете Совета министров Крыма».
Многие в городе уже знали, что второй вопрос подразумевал отставку премьера Анатолия Могилева и его правительства. Могилев же заявил, что не намерен уходить со своего поста до назначения нового Кабинета министров Украины.
По Симферополю ходили слухи, что будет обсуждаться и третий вопрос – о вхождении Автономной Республики в состав России. Люди, с утра собравшиеся у стен Верховного Совета, были против. Они не позволяли депутатам войти в здание – все входы были перекрыты. Большинство из них составляли «ориентированные на Украину» местные татары, сторонники Меджлиса.
Именно на них решили делать ставку прорвавшиеся к власти в Киеве самозванцы. На подмогу татарам они прислали в Симферополь ультра-националистов из «Правого сектора», «Национальной гвардии», партии «Свобода», боевиков из организации «Тризуб» имени Степана Бандеры. Ими управляли так называемые десятники и сотники, командовавшие на Майдане во время вооруженного переворота.
Накануне, 25 февраля, несколько тысяч симферопольцев вышли на митинг и призвали Верховный Совет Крыма – как единственный в автономии легитимный орган власти – взять на себя ответственность за обеспечение на полуострове мира и стабильности. Звучали и требования сформировать независимое от Киева правительство.
Откликнувшись на эти требования крымчан, президиум Верховного Совета собрался на экстренное заседание и назначил внеочередное пленарное заседание парламента на 15:00, 26 февраля.
А партия «Русское единство» (которую возглавлял Серей Аксенов) объявила о проведении в тот же день массовой акции под стенами Верховного Совета Крыма в поддержку депутатов.
Узнав об этом, лидеры меджлиса и объявили мобилизацию своих сторонников, позвав их к зданию крымского парламента. Причем, сбор был объявлен на несколько часов раньше митинга пророссийских активистов.
Уже утром к зданию Верховного Совета стали подтягиваться группы людей под крымско-татарскими и украинскими флагами (среди них мелькали и красно-черные стяги «Правого сектора»).
Свое появление на площади эти люди объясняли милиции опасениями по поводу возможного рассмотрения парламентом вопроса о статусе Крыма, в частности, о его присоединении к России. И потому выступали за сохранение существующего правительства полуострова, хотя еще недавно добивались его отставки.
