Егор вдруг взмахнул рукой, явно веля Вике отойти в сторону. Смотрел старший на забор.
Девушка метнулась к одинокой рябине и тоже оглянулась на Азамата. Спец по редким существам жестами показывал, что нужно заткнуть уши. На заборе рядом с Азом красовался метровый круг с причудливыми значками, вписанными в окружность крестом.
Вика зажала ладонями уши. Азамат кивнул — и метнул в круг горсть земли, перемешанной с каким-то сором и, кажется, солью.
Долю секунды ничего не происходило, а потом акморт завизжал так, словно до того всего лишь разминался, чтобы сейчас показать всю свою силу.
Вика открыла рот, снижая давление, но ощущение, будто череп изнутри покрылся трещинами и вот-вот лопнет, не ушло. Визг стал вибрацией, резонирующей с каждой костью в Викином теле. Ещё секунда, и лопнет не только череп! Все кости разлетятся на мелкие куски и...
И тишина. Акморт затих.
Вика недоверчиво огляделась, на всякий случай не отнимая рук от ушей. Сверхъестественного «орла» нигде не было видно.
— Всё! — прокричал Аз.
На самом деле он наверняка не кричал, но его голос доносился будто издалека и звучал как приглушённый расстоянием крик.
Настороженный Егор и Макс, ошеломлённо мотающий головой, медленно подошли к коллегам и остановились в трёх шагах, у парника с огурцами.
Азамат откашлялся и сказал, плавно растягивая слова и делая длинные паузы между фразами:
— Акморта я изгнал. Теперь всё будет хорошо. Через пару минут слух наладится.
— Ты как? — спросил Максим.
Его голос звучал странно, будто он говорил из бочки. Забавные иллюзии остаются от этого акморта.
Вика молча кивнула: мол, всё в порядке.
Егор открыл рот, но сказать ничего не успел: с жутким скрипом открылась калитка, и на участок вошёл Эд, волоча за собой изрядно помятого Сенцова.
Тут же, как по команде, оживились соседи. Со всех сторон послышались возмущённые вопли, требовательные вопросы и негодующие возгласы, сливаясь с каким-то посторонними звуками в дикую какофонию.
Боль, нараставшая в Викиной голове, достигла апогея — и затихла.
Голоса вокруг, шум листвы на ветру, отдалённый лай, воробьиной чириканье — всё стало нормальным.
Егор, оценив обстановку, отправил Макса и Аза успокаивать соседей, а сам подошёл к Эду и его пленнику, связанному по рукам и ногам. Вика увязалась следом, осторожно переставляя ноги в безнадёжно испорченных колготках.
Эд больше всего сейчас напоминал здоровенного пса, слегка взъерошенного после короткой схватки и ждущего похвалы от вожака.
— Цел? — спросил старший.
Бывший стажёр кивнул.
— Хорошо.
Егор опустил взгляд на задержанного и сказал другим тоном:
— Спецотдел, старший группы Брянцев. Вы гражданин Глеб Сенцов?
Тот зло сверкнул глазами, но не сказал ни слова.
— Забираем вас в отдел. У нас к вам много вопросов. Вика, вызывай наших. Оставлю с тобой ребят, а мы с Эдом отвезём гражданина куда полагается. Как закончите с осмотром и бумагами, возвращайтесь в отдел.
Сенцов по-прежнему молчал, продолжая сверлить взглядом захватчиков. Но Вика видела, что молчание продлится недолго: задержанный непрерывно моргал, облизывал сухие губы кончиком языка, нервно подёргивал ногой и обильно потел. Ему было страшно. Он не был возмущён или удивлён — только напуган. Будто знал, что за ним однажды придут, очень боялся этого и теперь, когда всё случилось, никак не мог до конца поверить в происходящее.
Егор зашагал к калитке. Эд поволок подозреваемого за ним.
Максим и Аз успокоили соседей «корочками» и привели четверых в качестве понятых, велев им для начала постоять у входа.
Вика занялась оформлением протоколов, пока коллеги исследовали небольшой — соток шесть, не больше — участок.
К счастью, никаких сюрпризов здесь не оказалось. Ни в гараже, ни в крошечном сарайчике, ни в дощатой будке на углу, ни в пустой теплице, ни между чахлых грядок не нашлось ничего интересного. Забор изнутри покрывала вязь вырезанных защитных знаков, среди которых затесалась пара ловушек. Но никаких следов призыва или создания существ не было.
Скромный домик Макс и Аз оставили напоследок, и Вика как раз успела присоединиться к ним, закончив с бумагами и подобрав у забора туфли.
Двери и окна были украшены той же защитной вязью, что и забор. Внутри домик казался совершенно обычным: узкий шкаф у входа, маленький стол, старая электроплитка, чайник, два стула. Во второй комнате потёртый диван, облезлое кресло и тумбочка.
За «спецами» увязался любопытный дедок, уверявший, что всё про всех знает.
— Эх, а при Викторе тут по-другому было, — заметил он. — Вон там рога висели оленьи. Возле кровати шкура волчья валялась. А тут полки были со всякой занятной ерундой: шкатулки, часы песочные, камушки какие-то. Всё с собой привозил, как дачный сезон начинается. Так-то Виктор серьёзный человек был. Мужик! Не то что нынешние хлюпики.
Дедок неодобрительно воззрился на Макса и покачал головой.
Однако от комментариев воздержался и продолжил рассказывать о Викторе Сенцове:
— Охотился, рыбачил, мастерил. Рукастый был мужик! Всё починить мог, вот всё ей-ей!
— А Глеб, он не такой? — спросила Вика.
