Волат и Трит отдали мне честь и повернулись, чтобы уходить. И в это самое мгновение я неожиданно. вспомнил слова Лока ночью: "...Вообще-то, лейтенант, Трит неплохой парень. Даже чем-то похож на вас, особенно глазами..." Глазами... Но у меня ведь серые глаза!!! Неприятный холодок пробежал по моей спине. И почему-то в голове у меня прозвучал голос того самого горного инженера: "...Что это, я не знаю. Но оно повсюду... И во мне..."
- Трит, - тихо позвал я солдата. Мой голос предательски дрогнул.
Солдат остановился и вновь повернулся ко мне:
- Да, лейтенант...
Я медленно подошел к Триту и пристально посмотрел в его глаза. И в ярком дневном свете я вдруг отчетливо увидел, что они совсем не серые и даже не карие, как мне показалось тогда, у шахты. Глаза Трита были желтыми, с ярко-красными переливами! И в них не было ничего человеческого. Трит отступил на шаг назад. Он все понял.
- Сержант! - Мой голос прорезал окружающую нас тишину подобно раскату грома среди ясного неба.
Я неотрывно смотрел на Трита, а он все продолжал пятиться. - Сержант! вновь прокричал я.
Волат быстро подбежал ко мне. Он ничего не понимал. Трит продолжал пятиться в сторону станции, и во вновь наступившей тишине вдруг отчетливо прозвучала моя команда:
- Арестуйте его, сержант, и крепко свяжите. На счет кого относился приказ, Волат понял, но от неожиданности он все же растерялся. И тогда я сам быстро приблизился к Триту и схватил его за руку. Он не пробовал сопротивляться. Только вдруг его лицо, а возможно и все тело, стремительно пожелтело.
- Вы ничего не понимаете, лейтенант, - вымолвил Трит.
Да, теперь это был уже не человек. По желтому лицу Трита прошли красные переливы, и оно вдруг исчезло. Не совсем, а лишь расплылось густым сиянием таким же, какое шло из шахты. Это сияние выплыло из одежды солдата, и она, словно мертвое тело, упала на серые камни. Моя рука так и осталась висеть в воздухе. Я чувствовал, как выскользнуло что-то непонятное из моей ладони, и мне стало мерзко. И только годами выработанные инстинкты позволили мне крикнуть:
- Всем в укрытие!
Растерявшиеся было солдаты в одно мгновение бросились врассыпную и заняли выгодные позиции. Манит принялся быстро развертывать НП. К нему жался и завывал пес. Я же продолжал стоять на своем месте. Не знаю, что меня удерживало: то ли нереальность происходящего, то ли моя уверенность, что Трит не посмеет, не сможет...
Выплывшее из одежды желто-красное сияние зависло в воздухе и даже попыталось сохранить какое-то подобие человека. Я различал и голову, и ноги... Только руки оставались какими-то неясными. Напоминая щупальца осьминога, они изгибались под самыми немыслимыми углами и, казалось, абсолютно не контактировали с собственным телом.
Мы стояли так - напротив друг друга - несколько секунд, и за это время я успел передумать обо всем на свете. Так, наверное, чувствует себя "рогатый" муж, узнав об измене своей горячо любимой жены. Здесь тоже была измена, только более страшная и необратимая.
Моя голова еще гудела от напряжения, а тело уже действовало само по себе. Привычным за пять лет тренировок движением я снял с плеча "ИО-35" и взял на прицел то, что было недавно Тритом. Но мои пальцы одеревенели и не желали жать на спуск.
- Трит, - тихо позвал я пульсирующее непонятным светом образование. - Ты не пугайся. Пошли с нами... Тебя вылечат... Тобой займутся лучшие профессора. Ты только не бойся. - Я нес полнейшую чушь, но ничего более умного придумать не мог, как и не мог стрелять. - Сейчас к нам опустится челнок, и мы полетим домой.
Фигура из желто-красного сияния двинулась чуть вперед, затем опять замерла.
- Давай же, Трит, - сказал я и неожиданно закашлялся. Говорить было необыкновенно трудно.
- Лейтенант, челнок опускается! - крикнул Манит. Я слегка повернул голову.
- Предупреди их и передай, пусть повременят с посадкой!
Не успел я еще закончить, как неизвестное существо ринулось в мою сторону. Я успел лишь пригнуться. Что-то мягкое накатилось на меня и сбило с ног. И в следующее мгновение на своей спине я ощутил жуткий огонь, будто огромных размеров утюг прошелся по ней. Послышалась серия выстрелов, потом взрыв. Превозмогая боль, я поднял голову. Оттуда, где должен был находиться НП, шел густой дым. В голове еще гудело эхо недавнего взрыва, перед глазами плыли разноцветные круги. Ко мне подбежали два солдата и, подхватив на руки, понесли в укрытие. Спину по-прежнему невыносимо жгло.
Придерживая за плечи, меня посадили на какой-то камень.
- Лейтенант, - услышал я через гул в ушах голос Волата. - Лейтенант, придите, наконец, в себя. С вами все хорошо?!
Я тряхнул головой, пытаясь вернуть себе ощущение реальности. Кое-что мне удалось. Гул в голове еще оставался, но разноцветные круги перед глазами уже пропали.
- Как вы, лейтенант?! - вновь поинтересовался Волат.
- Спину невыносимо жжет, - прохрипел я. - А так вроде ничего.
- Я сейчас ее посмотрю. - Сержант принялся расстегивать мне обмундирование.
- Перестань, не сейчас. - Я излишне резко отпихнул Волата. - Доложи обстановку. Потери есть?
