Смотрю, сидят два особика — с особого режима. Один говорит мне:
— Остынь, Вадим. Садись, — а потом добавляет, поворачиваясь к наезжавшему на меня уголовнику. — Запрыгни наверх, баклан, и молчи. Мы его знаем.
До конца пути ко мне больше никто не приставал.
Ачинское СИЗО. В одной камере двадцать один человек. Хмурые, злые лица. Косые взгляды.
Суд, приговор. Новый этап — в колонию.
Что особенно поразило… вот я, осужденный — да, преступник… когда моя жена, первое время не зная, как жить, пришла с детьми в ГОВД, где я служил, думала, ей в чем-то помогут… от нее, наоборот, стали шарахаться как от прокаженной.
Но ведь я не был на службе ни дебоширом, ни нарушителем. Пока служил — нужен был, а как случилось что-то со мной — сразу забыли. Почему так происходит? И главное, семья-то тут при чем.
Когда жена пришла домой, она взяла милицейскую форму, что осталась после меня, облила ее бензином и сожгла перед домом! Вот такую ненависть к милиции, к служебной форме, в конечном счете к Системе породило в ней это посещение городского отдела внутренних дел.
Может, она права? Жена-то моя. Я стал заложником Системы, которая сначала использовала меня, а потом перемолола и выплюнула.
Покачивая головой, осужденный П. тихо произносит:
— …И даже мои дети сказали: «Ты маму нашу убил». Да, я понимаю, что я натворил… Я собственными руками задушил собственную жену.
— Я родился в 1954 году. По образованию я врач. Закончил мединститут в Красноярске. Работал по распределению… даже не по распределению, потому что меня оставляли в Красноярске, а я по доброй воле поехал в Кызыл, это в республике Туве. Мне обещали, что там у меня будет большая практика, а я хотел стать хорошим хирургом. В Кызыле я работал с 1977 года в хирургии до тех пор, пока меня не пригласили в систему МВД. Мне предложили существенное повышение зарплаты. И я согласился. Сначала я исполнял обязанности начальника туббольницы в одной из колоний. Потом перевелся на должность старшего инспектора по лечебной работе медслужбы МВД. То есть у нас же МВД в республике свое.
— Сколько лет вы проработали в правоохранительной системе?
— Двенадцать.
— Какое звание у вас было?
— Я дослужился до майора.
— За что вас посадили?
