– Какими бы ни были причины, – непринужденно сказал Винс, обходя тот факт, что Итану не нравился Фред и тот не допускал его к руководству, хотя Фред нацелился на место Винса задолго до того, как Итан выставил его, – все мы позволили Чарльзу привести компанию в упадок. Я никого не обвиняю – все мы заняты и у всех свои проблемы, но факт остается фактом – мы покинули его. И должен сказать вам, мне его жаль. Несколько недель тому назад, когда он приезжал в Вашингтон, привез мне последний финансовый отчет «Четем Девелопмент». Я знаю, все вы его видели, но позвольте мне задержаться на этом, так как мы будем говорить об одном и том же. Банки требуют оплаты десятки миллионов долларов процентов за займы компании, они не дадут новых займов, пока не получат проценты по прежним, а у компании нет денег, чтобы выплатить их. Может быть, еще важнее то, что нет средств для начала новых проектов, которые дали бы компании возможность раз вернуться заново. И Чарльз, бедный Чарльз, пытаясь избежать полного развала, сам лично взял в долг сорок миллионов долларов, заложив все, что у него есть. Он в отчаянном положении, и все об этом знают.
Винс выпил глоток воды.
– Теперь. Если продать «Тамарак Компани», у «Четем Девелопмент» останется тридцать-сорок миллионов в активе после уплаты долгов по Тамараку. Чарльз мог бы выплатить банкам их проценты и получить часть их назад, он мог бы выкупить часть своих займов, и еще у него осталось бы десять-двадцать миллионов, чтобы приступить к реализации некоторых из задуманных им и Фредом проектов. Они готовы начать. Незачем сидеть в бездействии, они абсолютно уверены, что могут все провернуть. Единственное, что им требуется, это инструмент. Им нужны деньги.
Винс посмотрел на каждого из них.
– Вот к чему мы пришли. В Чикаго Чарльз из кожи вон лезет, чтобы мы могли гордиться им, но компания трещит по швам под его руководством, и при каждой встрече с ним я убеждаюсь все больше, что он конченый человек. Я больше не могу терпеть это, поэтому приехал сюда, чтобы посмотреть, могу ли я объединить всех нас и помочь ему. Он наш брат! И твой отец, Гейл! Сколько же еще времени мы будем заставлять его страдать? Он попросил семью об одном: продать «Тамарак Компани», чтобы использовать эти деньги на уплату долгов и снова поставить «Четем Девелопмент» на ноги. Я сказал ему, что помогу, чем смогу, что я не брошу его, и я уверен – я абсолютно уверен – все остальные тоже не бросят его в беде. Мы можем многим помочь ему и после того, как добудем ему денег. Вероятно, нам следует подумать о некоторых изменениях в компании. Вероятно, пора Фреду взяться за дело, он был бы отличным президентом. И, конечно, Уолтер мог бы работать с ним в тесном контакте и они бы продолжили дело отца лучше, чем кто бы то ни было. Могу поспорить, Чарльз был бы рад, остался бы председателем комитета, и знал бы, что он не неудачник.
Вошел официант, чтобы забрать суповые тарелки. Винс махнул рукой, чтобы тот вышел.
– Я знаю, как вы относитесь к Тамараку, – сказал он Гейл и Лео. – Но остальные выросли вместе с «Четем Девелопмент», это была первая мечта отца, и все мы приняли в ней участие. Если бы я был более достойным человеком, то и у меня еще осталась бы часть этой компании. Но именно поэтому теперь я делаю все, что могу, для Чарльза и для отца тоже. Я лишился своей доли компании, потому что я был молодым и глупым, но я никогда не переставал любить компанию, никогда не терял чувства ответственности перед нею. Ну, ладно, это моя проблема, а не ваша, вы не должны помогать мне возмещать этот ущерб. Но я думаю, все мы любим компанию отца и все чувствуем ответственность за нее. Полагаю, что в этом я прав.
Он наклонился вперед, его глаза были теплыми и любящими, голос мягким, но настойчивым.
– Мы должны это сделать! Все мы вместе можем спасти компанию Чарльза и отца, мы можем дать им обоим новую жизнь. Какой рождественский подарок для Чарльза и для всех нас был бы лучше, чем сознание того, что мы сделали это доброе дело?
Его голос мягко затихал. На какое-то время наступила тишина.
– О Боже, – сказала Нина. – Бедный Чарльз. Как мы могли бы сказать нет? Мы нужны ему.
Мэриан медленно кивнула.
– Я люблю Тамарак, – сказала она. – И не хочу, чтобы он менялся.
– Почему ему вдруг меняться? – спросил Винс. – Долгое время он развивался успешно, кому это может помешать?
– Здесь по городу ходит человек, который рассказывает нам, как ему все не нравится, – сердито ответила Гейл. – Он рассуждает так, как будто компания уже принадлежит ему и он готов переделать все в городе. Его зовут Рей Белуа и он руководит твоей предвыборной кампанией, и ты, наверное, знаешь все, что он хочет сделать.
Возникла почти незаметная пауза.