– Примерно так я и думал. У меня для них кое-что есть в моем номере наверху, потом принесу перед вашим уходом. Это ужасно, как мало я вижу всех вас, иногда это меня очень беспокоит. Вашингтон далеко отсюда, а я слишком занят, чтобы выкроить побольше времени. И потом, я ввязался в эту проклятую выборную кампанию – и конца-краю не видно, Гейл, всегда находится какое-нибудь место, куда, мне говорят, обязательно надо поехать, как будто я кукла, которую они таскают по всей стране. Ты себе не представляешь, как я иногда ненавижу политику – конечно, она и нравится мне, вот в чем проблема. И потом, чем старше я становлюсь, тем быстрее пролетает время. Не знаю, чувствуешь ли ты это тоже, ты такая молодая...
– Иногда, – ответила Гейл.
Она не могла отвести от него глаз, он был таким привлекательным, его улыбка обволакивала ее и заставляла чувствовать себя как-то странно, словно все его внимание сосредоточилось на ней.
– Я все время чувствую, что теряю много важного, нельзя все организовать так, чтобы знать, что же упущено. Я восхищаюсь, как вы с Лео работаете вместе – должен сказать тебе, я завидую также и этому, – ужасно для меня, что я не смог принять в этом участия. Чувствую, что потерял много хороших лет. Я хотел бы наверстать упущенное, если вы мне позволите. Может быть, вы приедете в Вашингтон и побудете у нас. Приедете? Это даст нам шанс познакомиться поближе.
– Мы могли бы как-нибудь приехать, – Гейл нахмурилась, слыша свои слова.
Она встряхнула головой, как бы стирая их. «Это Винс», – подумала она.
– Почему Кит сказал, что всем нам обязательно нужно быть здесь сегодня вечером?
– Он так сказал? Ну, Кит немного хватил через край, он такой молодой человек, полон энтузиазма. Я конечно, хотел, чтобы вы были здесь, не могу себе представить, как это я приеду в Тамарак и не повидаюсь с вами. Гейл, ты очень строга ко мне. Разве мы не можем беседовать и дружить без вмешательства других людей?
– Ты имеешь в виду Анну? – холодно сказала Гейл. – Нет, не можем. Меня бы вообще здесь не было, если бы Лео не захотел, чтобы я пришла. Мне очень жаль, но я не могу быть любезнее. Обычно я приятный человек. Извини.
Винс остался в одиночестве и стоял так, пока к нему не подошли Мэриан и Фред.
– Как приятно и необычно видеть тебя здесь, – сказала Мэриан, слегка клюнув его в Щеку. – Я не думала, что в Тамараке достаточно голосов избирателей, чтобы тебе стоило тратить время на поездку сюда.
Винс хмыкнул, быстро и крепко обняв ее.
– Дорогая Мэриан, – сказал он, отпуская ее. Он протянул Фреду руку и обменялся с ним рукопожатием, все еще глядя на Мэриан. – Я скучал по тебе. Обычно привыкаешь к какому-то смутному представлению о тебе, но теперь оно обострилось. Кто бы мог подумать? Я бы мог использовать тебя в команде моей предвыборной кампании. В самом деле, ты могла бы возглавить мою команду, ты умнее и энергичнее, чем любой, с кем я сталкивался в политике. – Он наклонил голову. – А знаешь, это хорошая идея, Фред отпустит тебя на несколько месяцев? Мы с тобой были бы отличной командой. Пошли бы прямо в Белый Дом.
– Рука об руку, – сухо ответила Мэриан, но в глазах ее было любопытство.
– Этот разговор о Белом Доме – правда? Мы слышали от многих. Ты серьезно подумываешь об этом?
– Серьезнее не бывает. Я так много хочу сделать, а из Сената это невозможно, я хочу этого, Мэриан, и знаю, что смогу добиться.
– Ты сможешь, – сказал Фред. Обычно он предоставлял Мэриан говорить за них обоих, так как родственники ему надоели, но сейчас он почувствовал, что должен напомнить Винсу о себе. – Мы будем с тобой постоянно. Помочь деньгами, произносить речи, все что потребуется.
– Это будет что-то, – заметила Мэриан. – Президент Винс Четем. Звучит отлично. Ты поражаешь, Винс, тем, что стремишься вверх и идешь так далеко. Ну, должна сказать, спасибо за комплимент, но оба мы знаем, что я не смогу вести твою кампанию. Я не знаю элементарных вещей о политике: я была бы цыпленком, которого специалисты ощипали бы моментально. Но приятно слышать любезные слова. Я тоже скучала по тебе, ты знаешь. Ты самый интересный человек из нас пятерых...
– Мы с тобой самые интересные, – сказал он.
– Может быть это и так, но ты более сложный человек. А когда ведешь себя как подобает, то находиться рядом с тобой – настоящее удовольствие. И, конечно, я восхищаюсь тем, как ты строишь свою жизнь. Много раз мне хотелось, чтобы мы могли вернуться в прошлое и кое-что сделать иначе в нашей семье, все мы были бы гораздо счастливее.
– Никто не желает этого больше, чем я, – мрачно сказал Винс. – Приношу тебе свои извинения, Мэриан, я никогда не объяснял тебе...