Человек, не по погоде одетый в темный костюм, довольно быстро шел по направлению к Латинской гимназии.
У Тома мелькнула мысль – не направляется ли он в квартиру Гелас?
Воспоминание о проведенной с ней ночи казалось странным и нереальным, как полузабытый сон. В любом случае – это была милость Божья, которая помогла ему пережить измену Ребекки и ее уход.
А теперь и Гелас исчезла.
Скорпион уже совершил один отвлекающий маневр – зашел в магазин и пропал. Несколько минут его не было, и Том даже начал думать, не вышел ли он через какой-то запасной выход и сел на автобус. В таком случае погоню можно считать законченной. Он, конечно, читал детективы, но ему всегда было непонятно, почему для так называемого наружного наблюдения нужен не один филер, а несколько…
Но нет, Скорпион вышел из магазина и, как ни в чем не бывало, двинулся дальше. Странно, что редкие прохожие не обращали на него внимания – на улице холодища, а он, как ни в чем не бывало, идет без пальто. Впрочем, в Стокгольме полно таких психов – они уверены, что теплая одежда мешает надлежащему закаливанию их драгоценных организмов.
Том шел по другой стороне улицы и на довольно большом расстоянии. Он нервничал. Пытался найти баланс между риском потерять объект из виду и быть обнаруженным.
Скорпион ни с того ни с сего перешел на его сторону, сделал несколько шагов, коротко оглянулся на тротуар, где он только что шел, и вернулся обратно. Наверное, решил убедиться, что его никто не преследует.
И тут же свернул за угол, на Каммакаргатан.
Том быстро добежал до машины, припаркованной в одном метре от перехода. На лобовом стекле уже красовался штрафной талон.
Скорпион исчез.
Что он сделал? Обнаружил слежку и зашел в первый попавшийся подъезд? Или пробежал два десятка метров и нырнул во двор с выходом на параллельную улицу?
А может, стоит и ждет, чтобы ликвидировать свидетеля?
Соблазн плюнуть на все и вернуться в Торговый институт велик. Он не сыщик и не полицейский. Скорпион наверняка решил, что после всего случившегося оставаться в Швеции небезопасно, и в ближайшие часы исчезнет из страны.
А из его жизни? А Гелас?
Если Скорпион исчезнет, он никогда не увидит Гелас. Даже не узнает, что с ней случилось.
Он сильно мерз.
Оглянулся – его следы уже медленно присыпала пороша.
Следы!
Том буквально перебежал улицу и посмотрел на тротуар, туда, где только что прошел Скорпион.
Есть и другие следы, но эти совсем свежие.
Скорпион зашел в первый же от угла подъезд.
Какое-то движение. Том встал в стороне от двери.
Сердце выскакивает из груди.
Дверь открывается…
Крошечная чихуахуа выпрыгнула на снег и недовольно оглянулась на хозяйку. Потом появилась пожилая дама в каракулевой шубке и, глядя на Тома, сказала:
– Не волнуйся, мы ненадолго.
– Простите, пожалуйста, – Том церемонно поклонился. – Я ищу человека, который только что вошел в подъезд. Вы, как соседка, не знаете, в какой квартире он живет?
– Вы, наверное, говорите про пастора, или кто он там. Вернее, не пастор, а священник. Священник армянской апостольской церкви. Сам так сказал. Он снимает здесь квартиру… осталось всего две съемных, остальные выкуплены. Мы сталкивались с ним пару раз. Приятный человек… но, сказать вам честно, я толком не понимаю, что это за религия.
Том переминался с ноги на ногу от нетерпения, но ей хотелось поговорить.
– Скажите… им, к примеру, разрешено спать с женщинами? – Дама многозначительно посмотрела на Тома, всем своим видом показывая, что вопрос не пустой. – Наверное, да… я сама видела, он как-то пришел с молодой особой.
Том обомлел, но постарался говорить непринужденно.
– И как?
– Что – как?
– Я имею в виду… как она выглядела? Интересно же знать вкусы священников армянской апостольской церкви…
– Они обнимались… так что я ее и не видела. Пышные черные волосы. Почти у всех женщин
– Как хорошо, что вы сказали! Я знаю, что это за женщина, я дружу с ее семьей. Мы беспокоимся за нее. Возможно, этот ваш священник занимается здесь определенной… деятельностью.
–
– Нет-нет, это только предположение. Но мне необходимо с ним поговорить. Вы не могли бы меня впустить?
Она молча набрала код, пропустила Тома и повторила, качая головой:
–
Миниатюрная собачка в чулочках наградила Тома неодобрительным взглядом огромных глаз и потянула хозяйку за собой – тебе что, не холодно? Давай поскорее сделаем все дела и вернемся в тепло.
Том прошел через подъезд и оказался во внутреннем дворе. Дом, о котором говорила пожилая дама, был в строительных лесах.
На первом этаже – всего две квартиры. На той, что направо, – позолоченная табличка с витиеватой восточной надписью, чуть пониже – шведский перевод: «Армянская апостольская церковь».
Приложил ухо к холодной двери – ни звука.
Надо что-то придумать.
