– Тебе понравится, – уговаривал ее тот, – общество будет ненавязчивым, так, пара-другая друзей и партнеров по бизнесу. Помнишь, те, что были на охоте? Мне показалось, что ты подружилась с Марией, дочкой одного из них.
– Подружилась, – совестливо вздохнула Элька, но признаваться в обмане не стала. Завтра она поедет и подружится с этой Марией заново. Нужно будет только расспросить сестру, чем они занимались и что обсуждали. Зря она боялась Румянцева и просила Марину выдавать себя за нее. Олигарх оказался совсем не олигарх, а обычный парень, у которого есть свои комплексы, связанные с Московским метрополитеном. Олигарх, так сказать, с человеческим лицом.
С ним приятно прогуляться по улицам, заманчиво провести романтический вечер на яхте. Впрочем, на романтику в их отношениях он не намекал, но ведь замуж-то зовет! После предложения покататься на яхте Скороходова сжалилась над Румянцевым и села в иномарку, бесконечно обрадовав своим поступком Левушкина, которому приходилось неимоверно изощряться, объезжая припаркованные на узких улочках многочисленные автомобили.
Румянцев отвез ее к дому, сообщил, что вечером они встретиться не смогут – у него срочные дела. А вот завтра утром он заедет за ней, и они поедут на Волгу, где их будет поджидать белоснежная яхта. Элька размечталась и пропустила тот необыкновенный момент, когда влюбленные расстаются. Топталась у своего подъезда и соображала, что хорошее она может сказать Румянцеву на прощание, кроме того, что поблагодарит за экскурсию по зоопарку.
Тот дожидаться благодарностей не стал, наклонился к Эльке и поцеловал ее. Поцеловал так, как мужчина обычно целует свою собственность, – решительно, не принимая никаких возражений, и вместе с тем нежно. Левушкин протянул из машины букет роз, Никита сунул цветы Эльке и нырнул обратно в салон. Элька проводила взглядом удаляющуюся со двора иномарку и полезла за телефоном.
Сестры любили разговаривать по ночам, когда устраивались в одной постели и им никто не мешал. Лунная ночь, одинокие звезды на черном небе, свет фонарей в окне и мелькающие на их фоне тени деревьев, похожие на фигуры инопланетян, – таинственная обстановка способствовала откровениям. В такие моменты они выдавали друг другу страшные тайны и делились самым сокровенным. Сегодня была такая ночь, и сначала рассказывала Элька.
– Он такой заботливый, добрый, милый, – шептала она Марине, хотя в комнате, кроме них и кота Василия, никого больше не было. – И так приятно целуется…
– Мой, который пока еще не мой, но обязательно им станет, тоже заботливый. Предложил нам с Машкой завтра покататься на яхте друга!
– Ой, так он наверняка звал вас к Румянцеву! – всполошилась Элька.
– Да ты что?! – Марина привстала на локте. – Неужели мне придется не ехать?! Может быть, настало время признаться твоему олигарху, что нас двое? Так хочется на яхте покататься!
– Покатаешься еще, – обнадежила ее сестра, – а признаваться еще рано. Я только-только начинаю в него влюбляться, да и он испытывает ко мне какие-то нежные чувства. Целует вот на прощание. – Она вздохнула. – Давай повременим немного. Мало ли что?
– Давай, – согласилась Марина, – но только совсем недолго! Я не могу рисковать, того и гляди стервозные хищницы высшего света уведут моего из-под носа. Ты завтра за ним приглядывай там, на яхте. – Она вернула голову на подушку. – Обидно все же, но ради тебя я останусь. Может быть, каким-то образом ему передать, что им заинтересовавшаяся особа осталась на берегу?!
– Маринка, ну что ты говоришь?! Твой же тоже думает, что мы в единственном числе. Я боюсь признаваться в том, что нас двое. Боюсь и пока не хочу. Да и не могу почему-то.
– Вот-вот, – тяжело вздохнула та, – смотри не проговорись. И постарайся быть с ним чуткой и внимательной. К спиртному не прикасайся! Под его пагубным воздействием можешь проговориться. Помни, что женский алкоголизм не вылечивается!
– К спиртному не притронусь, – пообещала ей Эля. – Постараюсь быть чуткой и внимательной.
– Запоминай все, потом мне расскажешь, если он обратит внимание на какую-нибудь другую дуру!
– Ну что ты, не переживай! – попыталась успокоить ее Эля. – Я уверена в том, что он прекрасно понимает, что такая дура у него одна. Зачем ему другая?
– Очень смешно, – простонала Марина, которой было очень обидно, что обстоятельства складывались не в ее пользу.
– Правильно, – прошептала Элька, – давай отнесемся к этому делу с юмором. Не последняя же в нашей жизни прогулка на яхте! Если я выйду замуж за Румянцева, то…
– Не смей в этом сомневаться! – Марина протерла глаза и повернулась к сестре. – Твои твердые и бесповоротные действия приведут к браку, а сомнения следует отбросить прочь. Сомневающиеся девушки глупы и апатичны, отчего им зачастую не везет в сердечных делах. Ты хочешь, чтобы тебе повезло?! – Элька кивнула головой. – Тогда повторяй про себя: «У меня все получится! Я все смогу!».
– Да, прямо как в том фильме про самую привлекательную и обаятельную.
