– Ты действительно так думаешь?! – поразилась Анжелика, с большим интересом глядя на клетку с гориллой. – Так он что, увлекся мной? Надо же! Нет, все же есть в этих необузданных тварях определенная привлекательность.
– В обузданных тварях тоже есть привлекательность! – с пылом заявил Арсений, схватив Анжелику за плечи. – Ты только погляди, сколько ее, этой привлекательности. – И он повернул к ней свой профиль.
Лаврентьеву когда-то кто-то сказал, что его профиль похож на греческий. В чем именно имелось сходство с греками, он не знал, но решил, что это его козырь в общении с противоположным полом.
Обычно девушкам профиль нравился, и они принимали его ухаживания. Анжелика на греков не повелась. Она докурила сигарету, поднялась и сообщила, что готова идти разыскивать подлеца и негодяя.
– Там! – прокричал Арсений, указывая вперед на толпу. – Там мелькнули его драные штаны!
Анжелика видела удаляющегося мужчину лишь со спины, но этого ей вполне хватило, чтобы разглядеть рядом с ним курносое создание неопределенного возраста, вцепившееся в мужскую руку. Сокольская хищно блеснула злыми глазами.
– Лика, – испугался Арсений, – ты просила просто показать тебе сироту!
– Ты и показал, – прошипела блондинка и направилась следом за парочкой.
Удивительный инцидент, о котором долго вспоминали работники зоопарка и действующие лица, произошел у бассейна с бегемотом. Влюбленная парочка странным образом перемахнула через перила и оказалась в одной с ним луже. Возмущенный непрошеными гостями гиппопотам раскрыл свою огромную пасть и взревел, как тысяча пожарных машин. Пока бедолаг выуживали, отвлекая бегемота различными ухищрениями, Анжелика неподалеку расплачивалась с тремя парнями, принявшими непосредственное участие в доставке влюбленных в зубастую пасть.
Лаврентьев этого не заметил, он бегал и суетился, помогая достать Румянцева и его сироту из вольера. Но когда тех достали, среди них не оказалось ни того, ни другой. Это были незнакомые, совершенно посторонние люди! Говорить об этом Сокольской Арсений не стал, лишний раз убедившись в том, на что способна брошенная женщина. А довольная Анжелика потребовала ее отвезти в ресторан, где она собиралась отметить прилюдное унижение своего бывшего жениха.
Он между тем прогуливался с Белоснежкой по улице и уговаривал ту сесть в автомобиль. Эля же уговаривала его спокойно и без задержек в пробках доехать на метро. Вход в подземку казался для Румянцева вратами ада. Он отнекивался как мог и кивал в сторону еле тащившейся следом за ними по проезжей части иномарки, за рулем которой сидел верный Левушкин.
Элька пожалела бы Румянцева и доехала бы с ним на автомобиле до дома, если бы он продолжал оставаться мокрым и несчастным. Но в кафе его брюки высохли. К тому же на улице хорошенько пригревало весеннее солнце, так что прогулка должна была доставить им массу приятных минут.
Румянцев давно не гулял по московским улицам, он крутил головой, пытаясь охватить взглядом все новостройки и припомнить старые здания, примыкающие к ним. Поездки в автомобиле лишали его удовольствия видеть, как растет и хорошеет родной город, не тот Сити, в котором он привык вращаться, а старые, полные воспоминаний детства места. Вот здесь неподалеку от зоопарка они гуляли с няней, поджидая, когда отец пришлет за ними автомобиль. А на этом месте был когда-то рынок под названием Тишинка, он точно помнит! А теперь бутики. И высоток этих здесь раньше не было… Много же улиц они протопали. Он посмотрел на Белоснежку.
Эля вышагивала чинно, прислушиваясь к редкому чириканью птах на распускающихся деревьях.
– Раньше в кустах под моими окнами пели соловьи, – вздохнув, сообщила ему Элька. – Теперь уже нет. В городе остались одни воробьи да вороны. Зато у деда в деревне соловьи все еще поют! – Она радостно улыбнулась. – Представляешь?! Такие трели выводят! Я люблю пение птиц, – призналась Элька.
Румянцев не понял, чему она тогда радовалась, когда он звал ее стрелять уток. Или утки это не птицы и их кряканье ей не нравится? Интересно, а как она отнесется к орлану? На соловья он не тянет, да и на утку не похож. Вдруг, когда они поженятся, она заявит, что терпеть не может орланов?! Румянцев пригляделся к Белоснежке. Вряд ли такое заявит, для этого она слишком мягкая, уступчивая, скромная. Вот на такой девушке он и женится впоследствии. Кстати, нужно с ней поговорить об этом.
– Эля, я приглашаю тебя завтра прокатиться по Волге, – предложил Румянцев, – соловьев не обещаю, но чаек будет полно.
– На прогулочном теплоходе?! – От неожиданного, но очень интересного предложения, она остановилась. – По Волге?! Обалдеть, как бы сказала Маринка!
– Не на теплоходе, на яхте, – пожал плечами Румянцев, говоря об этом как о само собой разумеющемся факте. – А кто такая Маринка?
– Да так, подруга, – отмахнулась Скороходова, до которой медленно доходил тот факт, что олигарх приглашает ее на свою яхту.
