Геб окинул взглядом экран и шагнул к терминалу управления. По его пониманию это был или выход из строя всей системы контроля пространства сектора, или широкомасштабное вторжение неизвестного флота. Первое исключалось. Система слежения была многократно продублирована. Увы, оставалось второе. Действовать нужно было быстро. Геб связался с коммандером сектора, доложил обстановку и свои соображения. Дальше решения принимал коммандер, а заботой Геба было остановить, задержать неизвестные корабли и продержаться до подхода эскадры армады сектора. По данным тактического дисплея выходило, что это сделать было нереально. Вторгающихся кораблей было в пять раз больше уже и их количество увеличивалось. Но кроме численности было ещё одно но. Пограничная эскадра состояла из катеров, эсминцев класса «Ной-разведчик», двух крыльев «Ной-прима» и одного крыла «Ной-удар». Это было всего 58 кораблей, на 2/3 малотоннажных. Значит, противнику уступали не только в численности, но и в огневой мощи. 9 фортов положение не уравнивали. Об этой нерадостной арифметике старался не думать. Изменить ничего не мог.
На орбите планеты находился флагманский «Ной-прима» и два «Ной-удар» это был последний резерв. Челнок унёс Геба к флагману пограничной эскадры. По всему сектору закипели бои.
На связь вышёл коммандер сектора. Он сообщил, что эскадра сектора спешит на помощь, но сможет прибыть через час. Вторая часть его сообщения была тоже не радостной. Эскадры других секторов на помощь не придут. Они тоже ведут бои в своих секторах против превосходящих сил противника. Оставалось рассчитывать только на свои скромные силы.
Космос окрасился шарами взрывов, в них гибли корабли противника и корабли пограничников. Это была война! Перевес сил был на стороне врага.
Компьютер флагмана определил часть кораблей нападавших. Это были военные корабли катаров и маргов, известные людям, но многие корабли не определялись, компьютеру их тип был неизвестен. Часть кораблей атаковала форты и корабли пограничной стражи, но большая часть кораблей нападавших атаковала планеты. Спутники планетной обороны и наземные комплексы вступили в бой. Противник наседал.
Флагман Геба огрызался огнём из всех орудий и установок. Плотность кораблей противника была такой, что ни одна ракета, ни одна торпеда, ни один луч лазера или выстрел из тоннельного орудия не пропадал впустую. Разлетающиеся обломки достигали кораблей, когда ослабевали защитные силовые экраны. Но пограничникам приходилось вести бой каждому кораблю и форту отдельно, об общем отражении врага даже мечтать не приходилось. Это нападавшие могли вести фронтальный огонь. Они так и поступали. Превосходящая численность и мощность огня обрушивалась на оборонявшихся людей.
Флагман держался из последних сил. Генераторы защитных полей перегрелись и отключились. Лишившись защитных полей, корабль был лёгкой мишенью. Его корпус покрывали пробоины, из которых торчала изолирующая пена. Все лазерные башни были разбиты. Та же участь постигла и тоннельные орудия. Пусковые установки ракет и плазменных торпед были пусты. Огрызались только два средних лазера и дезинтегратор. Из экипажа осталось едва два десятка раненых. Жить кораблю оставалось мгновения. Геб полз к пульту управления реактора. Он не ощущал своего тела, две широкие кровавые полосы отмечали его путь. Все мысли были направлены только на одно, доползти и поднять стержни. Но сделать это, ему было не суждено. Плазменная торпеда ударила в корпус, пробила его, и корабль утонул в огненном шаре взрыва. Обломки разлетелись во все стороны. Пограничной эскадры сектора больше не существовало. Она выполнила свой долг, сражалась до последнего. Противник, подавив сопротивление спутников планетной обороны и наземную оборону планет, высаживал десант на поверхность планет. Подошедшая эскадра армады пыталась сдержать продвижение кораблей противника, помочь защитникам планет она не могла. Бои шли по всей линии, уже обозначившегося фронта. Подходившие эскадры армады с других секторов могли только сдерживать продвижение противника, медленно отступая и отдавая планеты.
Тала о гибели Геба не знала. Они только два часа назад разговаривали с ним и вот его уже не стало. В это время люди, жившие в других секторах о начавшейся войне, ещё не знали. О ней сообщили только днём следующего дня. Но Тала о начавшейся войне узнала немного раньше. Она как вся армада была поднята по тревоге утром этого выходного дня. Мир людей погружался в пучину давно забытой войны.
Дуг о нападении на мир людей тоже узнал ранним утром выходного дня. Эскадру их сектора подняли по тревоге, загрузив заряды, ракеты, торпеды и продовольствие она выступила вечером этого дня к месту боёв. Примерно в 2 часа ночи следующего дня их эскадра сектора вступила в бой.
