Глава Формоконикума, не теряя драгоценное время, нажал на компьютерном экране, протянувшемся вдоль стены, цифровую комбинацию вызова сотрудников лаборатории.
Спустя несколько минут в дверном проеме показалась девушка в белом халате. На ее груди висел портативный анализатор, переливающийся бегающими цифрами. Лицо девушки закрывала пластиковая маска, сверкающая неоновыми лучами. Через отверстия блестели синие глаза. Она сжимала цветные кубики, перебрасывая их между пальцами, обтянутыми синтетической кожей. Кубики ловко сменяли цветные оттенки, перепрыгивая с бледно зеленого цвета до черного.
- Добрый день, - произнесла девушка.
- Это Мирэя - старший технологический лаборант. - представил подчиненную Цейнтилий.
- Мирэя занимается клеточным исследованием и нейронной переработкой, - добавил глава Формоконикума.
Внимание собравшихся переключилось на открывшийся люк. Из него вылез обычный горожанин в одежде, чересчур теплой для знойного лета. Серое пальто, прохудившееся в области карманов; потертые рукава; белый шарф, обмотанный вокруг шеи в четыре слоя.
"Как же ему не жарко?" - подумала Асцелия, взглянувшая на свою футболку.
- О, Летий, как отдохнул? Отпуск не превратился в сплошной сон? - поинтересовался глава Формоконикума.
Лицо Летия тронула мягкая улыбка.
- Синтетические сны -- лучший отдых. Когда-нибудь они заменят человеческую реальность навсегда.
- Привет, Винициус! Давно не виделись, - сказал Летий.
Алый обернулся, чтобы познакомить девушку с ученым -- "талантливым художником, автором гениальных шедевров фармакологии".
Лабораторный порткомус под руководством Мирэи вывел на экран многовариантные проекции молекулярных соединений. Летий изобретал их для будущих нейролептических препаратов, прибегая к помощи молекулярной кисти.
Асцелия наблюдала, как фантазия художника свободно парит в пространстве.
Летий страдал быстрой свертываемостью крови. Его организм не успевал обогреваться, мгновенно охлаждаясь.
Ученого этим недугом наградили задолго до рождения. Его мать чистила пробирки в одной из лабораторий. Изношенное оборудование по переработке газовых осадков, попадающих в атмосферу Объединенного Галактариума, вышло из строя. Вредные соединения, в тысячу раз превышающие норму, осели прямо в помещении лаборатории, где находилась беременная мать Летия.
Обычная ситуация для Формоконикума. Руководство завода, экономя на закупке нового оборудования, использовало устаревшие технические приборы, требовавшие замены, не считаясь с риском, ради прибыли.
