— Остановись, Кларенс! — прозвенел вдруг голос Селестиэль. — Он напал на меня, и мне решать, что с ним делать! Растолкав наемников, Селестиэль подошла к собаке, все еще висящей в железной руке Т20. Пес сжался при ее приближении и заскулил, поджав хвост. Селестиэль положила правую руку на лоб собаки. Ее взгляд уперся в единственный уцелевший собачий глаз. Пес дернулся, замотал головой, прижав уши, а затем тонко, страшно завыл, и от этого воя у Лугарева мороз пробежал по спине. Остальные чувствовали себя не лучше. Пес выл так, словно чуял приближение смерти, как будто в глаза ему глянула не сияющая звездным светом эльфийская женщина, а сама костлявая старуха с косой в руке.
— Теперь отпусти его, Т20, - сказала Селестиэль.
— Как это? — удивился киберноид. — Он же убежит!
— Пусть идет, — твердо ответила Селестиэль. — Я оставляю ему жизнь. Он достаточно разумен, чтобы осознать все. И ему придется жить с этим до конца времен. Т20 разжал пальцы, пес упал на землю и пополз прочь, жалобно скуля, затем он поднялся на ноги, пошатываясь, как пьяный, и бросился бежать. За чадящим, светящимся алыми углями, кольцом кустов загрохотали моторы вертолета. Здоровенный «Пэйв Лоу» тяжело поднялся и потянул к Валимару. В небе над городом полыхнуло зеленое свечение и в середине его распахнулось пространственно-временное окно. Вертолет влетел в самый центр изумрудного сияния и исчез. Сияние тут же погасло, окно захлопнулось.
Ждать им пришлось минут сорок. Пилигримы агрессивности не проявляли. БС подслушал их разговор. Им самим хотелось восстановить Лауреллин, к тому же страшная расправа над балрогом произвела на них впечатление. До расчетного срока начала облучения Лауреллина оставалось тридцать пять минут, когда снова сверкнула зеленая вспышка, бросив мертвецкие отблески на лица присутствующих. От воздушного вихря, взметённого винтом вертолета, затрепетали светящиеся листья Тэлпериона. Вертолет завис над склоном холма в нескольких метрах над землей. На его грузовом крюке висело на стропах жуткое сооружение, напоминающее чудовищно увеличенную игрушечную пушку без щита. Это был цилиндр, усаженный выступами и вырезами хитрой формы, стоящий на двух опорах, кончающихся широкими, короткими четырехкатковыми гусеницами. Сверху был укреплен сложный прицельный комплекс. Сзади торчали мощные станины, а спереди, из фигурного усеченного конуса смотрел короткий, но внушающий уважение, позолоченный ствол калибром не менее ста пятидесяти пяти миллиметров. Гусеницы оперлись на землю, наемники отцепили стропы. Вертолет взревел моторами, обдав всех лавиной холодного воздуха, перетянул через кусты и приземлился. Митчелл и Бэнкс вытащили из его грузового люка длинный узкий ящик. Лугарев и Селестиэль подошли к пушке. От дула до конца станины она была более десяти метров.
— Черт меня подери! — заявил Лугарев. — Это же… Голдганнер!
— Это наш бывший предводитель, — пояснил Р8 окружившим их эльфам.
— Его называли 1ГР2, а люди прозвали его Голдганнер. Эльфы с интересом слушали пояснения, тем более, исходящие от зенитной самоходной установки.
— Вы с ума сошли, — сказал Лугарев киберноидам. — С его характером этот ваш бывший предводитель лоховства здесь таких дров наломает…
— Нет у него больше характера, Игорек, — грустно ответил Р8. — Он отказался подписывать мирный договор, поэтому нам пришлось вынуть его картридж-идентификатор и уничтожить. Это уже не киберноид, это просто машина, набитая компьютерами, но лишенная сознания. Левин и Бэнкс распаковали новый лазер. Внутренний модуль Т20 снял с 1ГР2 электромагнитную пушку и помог инженеру установить лазер на ее место. Внутренний модуль Р8 подключил маленький терминал к компьютерам пушки, затем подобрал сиденье, отвалившееся от старого лазера, и наскоро приварил его к новому. Левин и Феанор установили в резонатор лазера Сильмариллы и приступили к юстировке. Им удалось закончить подготовку нового лазера за несколько минут до расчетного времени. Урча моторами, пушка вползла вверх по склону холма, поиграла станиной с сидящим на ней Левином, устанавливая нужный угол наклона, и нацелилась на корень Лауреллина. Левин осторожно вывел мощность на расчетный уровень, установил нужную длину волны. Эльфы и наемники, затаив дыхание, следили за вторым небывалым экспериментом. Йаванна тоже пришла посмотреть. Не в силах сдержать нетерпения, она бормотала и напевала невнятные молитвы. Из лазера с шипением вырвался поток излучения, воздух на его пути светился ярким светом. Все повторялось сначала, как в случае с Тэлперионом. Селестиэль приложила ухо к дереву и замерла, стараясь услышать, не потекли ли внутри ствола жизненные соки. Это продолжалось довольно долго, в полной тишине, нарушаемой лишь шипением лазера. Наконец Селестиэль оторвалась от ствола дерева.
