— Вам нехорошо? Я вас видел в институте, хотите я сбегаю? — Сомов теребил за рукав испуганно и бездумно. Это не могло помочь даже если бы на самом деле плохо стало просто человеку, но эта простая мысль неожиданно помогла вернуть себе контроль.
— Не, все нормально. Бывает. Последствие травмы, наверное. Присесть надо.
— Пойдемте, я тут, рядом сижу. — Максим совершенно детским движением, пальцем, показал на свой столик.
«Не было бы счастья…» Как много стало человеческих оборотов. Это хорошо. Должно быть хорошо, хотя бы сейчас.
— С вами точно все хорошо будет?
— Точно, — Пётр постарался улыбнуться. Полезный навык. Социальный. Хотя сейчас, в эту минуту, то еще испытание. Штормить перестало, но отголоски силы включиться в Служение не позволяли. Ведь и нужно всего ничего: лишь чуть коснуться, потянуть криво сшитое сознание, и он целиком твой.
— Вы же не пациент, вы работаете в институте, верно? — Максим странно передернулся, как от шокера.
–Да, работаю. А ты — Сомов. Сын Бориса Сомова. Кстати, спасибо. Кроме тебя никто не подошел…
— Никто не сообразил просто. Я много по больницам катаюсь, вот и среагировал. Да, я тот самый Сомов. — Мальчишка выпрямился и твердо посмотрел в глаза. Хватило, правда ненадолго. Плечи привычно опустились, и привычно уже, кособоко.
— Да мне в общем-то по барабану, просто опознал тебя. Типа, можешь не представляться. Про тебя весь институт гудит.
— Догадываюсь.
Тон — словно обрезал. Странно, ни намека на следы воздействия медикаментов. Мыслит четко, поведение адекватное. Глянуть бы на энергетический рисунок, но придется пока так, слишком еще свежо воспоминание о недавнем срыве. Однако, паузу требовалось срочно заполнить, пока пацан не передумал общаться, закрываясь наглухо.
— Можно? — Петр взглядом указал на стакан с водой, стоящий на столе перед Сомовым. — Вставать пока не рискну, а официанток тут до смерти можно ждать…
— Конечно. Если не брезгуете…
— Дурак ты и уши у тебя холодные.
Вода привычная, и сейчас, спасительная слабость. Успокаивающая. Размягчающая. Прокатывается глоток за глотком по, словно от крика ободранному горлу, возвращая на привычный путь Служения. Спокойно, это просто дефект оболочки. Бывает. И не такое бывает в мирах Служения.
— Я не дурак, я умный! — Максим снова гримасничает. В этой бешенной пляске мимики, улыбка опознается не сразу. Петр спешит исправить, но поздно. Сомов уже уловил посыл. — Знаю, ужасно выглядит. Паралич был. Врач говорит, восстановится, но пока так.
Инстинкты, снова напомнили о себе. Уже не бесновались, лишь принюхивались. Несоответствие: не пахнет от оболочки болезнью, а пахнет чем-то иным. Силой пахнет и это совершенно точно невозможно. Пусть сейчас не посмотреть, нельзя лишний раз тревожить каркас, но раньше-то видел и ошибиться не мог: разорванная аура, исковерканное предсознание… Не на это ли среагировало истинное сознание?
Не может быть! Рой не посылает двух Служителей на одну планету! Нецелесообразное расходование ресурсов. Может, дело действительно лишь в человеческой оболочке? Дефект дал о себе знать…
— Такое восстанавливается, здесь тебя доктор не обманывает.
— Думаете, обманывает в чем-то другом? Вы, кстати, чем там занимаетесь?
Вот, теперь все нормально. Служитель никогда так бы не сделал — не спросил бы в лоб. И все же, потом стоит приглядеться к ауре. Даже если примерещилась сила, все равно что-то же должно было это спровоцировать?
— Все люди друг друга в чем-то обманывают. Абсолютная правда — это миф.
— Вы не ответили на второй вопрос. Военная тайна?
— Конечно. Думаешь, бесконечно чинить испорченное кривыми ручками юзеров, кому угодно доверят? Ой, я кажется, проболтался, — собственный смех прозвучал так естественно, будто естественен и был.
Сомов расслабился и открыто улыбнулся в ответ. Хорошо, контакт устанавливается, но эффект необходимо закрепить.
— Макс… Можно тебя так называть? — Сомов не ответил, лишь кивнул нетерпеливо, будто в самом деле очень ждал ответа на свои вопросы. Отлично, значит, все верно. — Да нечего рассказывать, глупость одна. Я же только четыре курса успел закончить, даже не доучился. Потом бац, и головой ударился. Дальше провалы.
— Какие провалы? А…. Знаю этот анекдот, спасибо. Не хотите рассказывать, не надо!
— Ты пациент, а я тут вроде как работаю. Я не «не хочу», я не могу, права не имею. Открывающиеся мне тут перспективы дороги как память, не хотелось бы и их растерять, как оную память. Взяли меня пока временно, но я надеюсь, удастся закрепиться.
— У вас правда проблемы с памятью?
— Ну, все не так критично, иначе меня бы не взяли. Была небольшая амнезия, потом всё восстановилось, но ощущения ниже среднего…
— Извините. — Максим выглядел искренне сконфуженным. — А хотите, я папу попрошу помочь? Ну, с карьерой…
— А, хочу! Надеюсь, ты не рассчитывал, что откажусь? Жаль было бы тебя разочаровывать. Только как ты ему объяснишь необходимость?
