Молодая лётчица помнила как на неё смотрели старшие сёстры, Лусия как всегда с аристократично усмешкой на устах поучала свою самую младшую сестрёнку, мол, негоже девушке интересоваться авиацией, их мать это очень важный, богатый человек в обществе. Кому воевать найдётся, она уже за них отвоевала. Молодая девочка должна приложить все силы чтобы соответствовать семье, две других сестры Наоми и Карла учились на экономические специальности.
Юная Габриэлла была отличницей в частной академии, получила две награды за турниры в номинации «шпажный бой». Затем с отличием закончила военно-воздушную академию, отказавшись учиться на астронавтического лётчика. Какой там был скандал, мать откровенно запретила своей дочери поступать на действующую военную службу. Чего сама Габриэлла никогда не понимала, воспринимая это как обиду, ещё бы, Изабелла Грир отхватила личной славы, теперь не хотела чтобы её дочь затмила на этом поприще. Юная Грир искренне считала протезированную руку до локтя, полностью заменённые ноги, а так же несколько осколков в черепе неким героическим придатком к подвигам. Протезы были мастерские, ничем не отличались от человеческой плоти, даже рука была тёплая, идеальные синтетические волосы скрывали удалённые шрамы на голове. Этим нужно гордиться. Она сдала экзамены на поступление с отличием, не говоря уже о том, что фамилия открывала двери в самые престижные заведения, куда не брали людей без связей. В конце-концов, смирившись, Изабелла в принудительном порядке гоняла её на симуляторы, проводя один воздушный бой за другим, достав по старым связям настоящий экземпляр, пускай устаревшей, боевой симуляционной машины. Отдыхала будущая отличница только в академии, дома ей не давали спуску, пожалуй, только теперь после настоящего сражения стало понятно зачем.
Специфика астранавтического боя была не особо интересна юной лётчице в тот момент. Хотя данная дисциплина у них была, всё таки разница не так велика, везде бой в трёхмерном в пространстве, разница в технике посадки и взлёта. Гравитационные колодцы особо не волновали звездолёты истребительной авиации. Разве что была извечная шутка, если запустишь ракету в космосе, или выстрелишь из пушки, то эта пуля пролетит миллиарды километров, ну или снаряд, как удобнее, наверняка убьёт что-нибудь через столетия. Бред полный, как же новички в это верили.
Лётчица затушила сигарету, потирая глаза. Все её мысли были о Луко, нежели она потеряла его. Да не только его, судя по перекличке, в воздухе уцелело десять лётчиков из дюжины, Трассини сбили над нейтральной территорией, он успел об этом сообщить. Сейчас его судьба зависела от собственной смелости, навыков и пехтуры, которая должна была устремиться к нему. Спасение боевого лётчика сулило награды, это было хорошо. Захват авиатора этими варварами она даже представлять не хотела. На голопанели часов застыли цифры: восемь часов вечера по стандартному земному летоисчислению. Время совещания неуклонно приближалось, штабные сейчас судорожно соображают что делать, где была разведка? Вот к ним было вопросов больше всего, как это элиту бросили в бой без проверки ситуации, они слишком ценны.
Грир поднялась, направившись к зеркалу, придирчиво изучая себя, поправляя комбинезон, причёску, презрительно смахнув ворсинку сплеча, война не повод выглядеть как животное. Взяв голопланшет в руки направилась в кабинет совещаний, звук её шагов разносился по коридору состоявшему из пластбетона, само помещение было спрятано под землёй, сохраняя личный состав аэродрома в случае непредвиденной бомбардировки или налёта, при условии, что противник вообще обнаружит замаскированную полосу.
В самом помещении стоял тихий гул разговоров, звено собралось вокруг своего командира. Томен Балт был крепким невысоким парнем в звании старшего лейтенанта, пока его подчинённые что-то яростно обсуждали, он лишь просматривал данные о потерях среди других звеньев.
– Разведчики совсем ослепли?!
– Да, пускай с них погоны вместе с головами поснимают.
