Рей отхлебнула горячего шоколада. Они не говорили о Бене с тех пор, как вышли из машины; Финн, похоже, нутром чуял, что ей нужно отвлечься. Но всё произошедшее так и нависало над ними грозовой тучей.
— Знаешь, несмотря на наши вечные перепалки, я вообще-то довольно неплохо Бена знаю.
Рей встретилась с Финном взглядом и сглотнула.
— Он ведёт себя грубо. Думаю, там папаша задвигает темы типа «будь мужиком» и всё такое. Но, знаешь, в глубине души он… чувствительный. Ты бы видела его на уроках кино; Бен старается этого не показывать, но он просто плывёт на всех этих олдскульных мелодрамах типа «Унесённых ветром».
Рей поставила свою чашку. Дурман уже выветрился, а глаза теперь пощипывало.
— А ещё он постоянно смотрит на тебя, пока ты на него не смотришь. Поэтому я и помогал — потому что это очевидно. Если бы мне казалось, что тебе там нечего ловить, я бы тебя не подначивал. И вся эта история с Кайло — очевидно, Рей, что он отчаянно хочет с тобой общаться. Но как Бен он этого сделать не может — вся эта дебильная херня в башке про крутых парней не пускает. Он импульсивный, вот и всё.
Вздохнув, Рей кивнула.
— Конечно, я прекрасно понимаю, почему ты умыла руки, — быстро добавил Финн. — Я бы тоже его заблочил нафиг. Но всё это не потому, Рей, что ты ему не нравишься. Он просто идиот.
Рей коротко хохотнула, тихо и невыразительно. И кивнула.
— Да прав ты, я знаю. И, знаешь, пусть идёт на танцы с кем хочет, я не против; его жизнь. Но я не пойду. Не хочу, чтобы со мной так обращались. У меня его перепады настроения уже в печёнках сидят, и мне… нужно отдохнуть от Бена, Кайло, от всего этого. От парней вообще. И от девушек, на всякий случай, тоже.
Финн непринуждённо рассмеялся.
— Так что? У тебя хата пустует, пошли туда.
Рей улыбнулась, идя вслед за Финном к машине, и на сердце у неё стало так легко, как не было вот уже много-много дней.
***
В школе Рей игнорировала Бена всю неделю. Это было неожиданно легко, ведь и он не пытался с ней заговорить.
В среду, когда она возвращалась со школы, он бросил на неё несколько робких взглядов, но тем всё и ограничилось.
Снапу она отказала, с улыбкой извинившись и заверив его, что она вообще не пойдёт, ни с кем. Так оно и было; желание идти на танцы было отбито напрочь.
Рей поела с Финном в классе живописи; они сошлись на том, что она повременит с разблокировкой Бена Соло по крайней мере до окончания всего этого дурацкого недоразумения с танцами.
Все строили планы на Зимний бал — да ради бога. Сама она совершенно точно не собиралась в этом участвовать.
В пятницу она ходила в приподнятом настроении от перспективы провести тихий вечер в компании Финна, но когда он появился на обеде с видом чрезвычайно виноватым, Рей сразу же всё поняла без слов.
— Меня тут По на танцы позвал…
Она обняла Финна, зная, как сильно он был увлечён По, и была за него счастлива.
— Ты ужасно клёво проведёшь время.
— А ты? У тебя всё будет нормально?
— Да конечно! Ой, не начинай. Я упорюсь пастой с «Маунтин Дью» и до глубокой ночи буду смотреть фильмы. Будет круто.
Финн тихо рассмеялся, после чего вновь посерьёзнел.
— Спасибо, — проговорил он.
— Тебе спасибо, без тебя я бы не пережила эту неделю.
Что бы с ней было, если б не он.
Рей вновь обняла его и даже сумела весь обед не подавать виду, что ей грустно.
***
Рей и правда сварила пасту — гору пасты — и заправила её сливочным соусом «Альфредо», да ещё и куриные наггетсы подогрела. Потом уселась на диван, держа огромные порции еды и лимонада, и включила кино. Она собиралась пересмотреть четырёх первых «Гарри Поттеров». Рей настолько обожала книжки, что даже держала календарь с обратным отсчётом до релиза седьмой части, которая выходила в этом июле.
Она успокаивалась, приходила в себя, давая главной музыкальной теме омыть её и унести на Тисовую улицу.
Она была на середине «Гарри Поттера и тайной комнаты» — как раз когда появилась покрытая кошачьей шерстью Гермиона, — когда в дверь вдруг постучали.
Рей подозрительно сощурилась, будучи без понятия, кто мог припереться в такой час. Все её друзья пошли на танцы, а родителей не было в городе.
Тихо и осторожно, она подкралась к входной двери и заглянула в глазок.
И отпрянула, прикрывая рот рукой.
Рей оглядела себя; на ней были фланелевые штаны и белая майка, она только что объелась макаронами, карандаш с глаз стёрся часа два тому… и на её пороге стоял Бен Соло.
— Кто там? — крикнула она, чтобы выиграть немного времени.
— Я… Бен.
За то время, что Рей для себя выгадала, она успела лишь мимолётно зажмуриться. А затем распахнула дверь.
— Что ты тут делаешь?
— Я, честно говоря, думал, ты на танцах. Я просто ехал домой, проехал мимо тебя… Свет горел… и я подумал, а вдруг. — Он замолчал и плотно сжал губы. — Извини, я… пойду.
— Нет.
Слово сорвалось с языка прежде, чем она даже успела подумать.
— Холодно, зайди.
Она отступила в сторону, и Бен зашёл в дом.
— Ты одна? — со смущённым видом спросил он, едва переступив порог.
— Предки уехали из города на конференцию до воскресенья.
— А, ясно. А ты… ты что, не захотела на танцы?
