— Мари, посмотри на меня, — Глеб приподнимает мой подбородок и заглядывает в глаза. — Я не он! И я хочу помочь тебе. Считай это дружеским подарком. Где твоя подруга? Звони ей. И знаешь, все ваши затраты на покупки я беру на себя. Так что повеселитесь. Прошвырнитесь по магазинам, в салон сходите… В общем, делайте что хотите, но вечером домой ты должна вернуться довольной и веселой! Идёт?
И почему такой мужчина одинок? Он ведь идеален!
— Хорошо, но мой телефон остался в моей квартире, а наизусть номер Светы я не помню.
— Тогда поехали к тебе, как раз заберешь всё, что тебе нужно и дорого!
И тут я замираю, так как не готова к встрече с бывшим. Он, скорее всего, как раз в нашей квартире, и, может быть, не один. А вдруг он психанул и сейчас избавляется от моих вещей? Нет, там есть дорогие сердцу безделушки!
— Хорошо, но только если ты поедешь со мной. Одной мне как-то страшно. Он ведь может быть зол после вчерашнего.
— Тебя никто одну и не собирался отпускать. Поехали! Пора в твоей прошлой жизни поставить точку! — заявляет уверенно, распахивая дверцу своей крутой спортивной машины.
— Хорошо, поехали!
И как бы я ни крепилась и ни настраивалась на боевой лад, дорога пролетела за секунды. Казалось, мы только сели, и вот Глеб уже тормозит у моего подъезда. Откуда он знает мой адрес, даже не спрашиваю. Мне кажется, он вообще очень много знает.
Муж галантно открывает мне дверцу машины под охи и ахи старушек, после чего ведёт за руку к подъезду. Я же всё ещё тереблю манжету платья. Красивое, кстати, изумрудное. Не облегающее и не сильно пышное, длиной до колена. Одного взгляда на него достаточно, чтобы понять, что эта вещичка не из простого магазина. У Глеба отличный вкус.
Мы поднимаемся на третий этаж, и я замираю перед дверью. Ключей у меня нет. А вдруг Иван не дома?
Спасибо Глебу, он не торопит, а терпеливо смотрит на меня, застывшую с занесённой рукой над звонком.
— Слушай, а может, это сделаешь ты?
— Это конец твоей истории, не моей. Тебе нужно поставить точку, — ему точно нужно было пойти в психологи. Ладно, была не была. Ну не убьёт же меня бывший.
Выдохнув, стучу в дверь и сразу слышу шорканье тапочек. В квартире полы холодные, вот и приходится гулять в них, зато у Глеба тепло. И почему я сейчас думаю о поле с подогревом, а не об Иване?
— Явилась, беглянка? И где ты шлялась, стерва? — говорит он, распахивая дверь и удивлённо смотря на меня. Видимо, ждал плачущую невесту, а тут я в обновках и настроенная на серьёзный разговор.
— Не хватает только твоих упрёков, кобель! Пропусти! — сама не верю, что я это говорю, ведь обычно я кроткая и послушная, а тут в меня будто вселился сам дьявол.
А может, дело в том, что я прозрела? И, видя мужчину в помятых трениках и в майке с жёлтыми пятнами, поражаюсь, как я могла считать его самым красивым? Щетина, глаза в кучку, жирные волосы, стоящие дыбом. И вот вокруг этот мужика с перегаром, помятым лицом и животиком крутился мой мир десять лет?! Права была Света, я слепа!
Оттолкнув опешившего Ивана, иду в свою комнату, где быстро достаю чемодан и кидаю в него самое дорогое и нужное: документы, учебники, тетради, шкатулку и любимые вазочки. Из одежды беру только пару платьев с футболками. Теперь у меня будет новый гардероб и новая жизнь.
Ещё хватаю самую нормальную сумочку и сую в неё зарядку и телефон, в котором обнаруживаю пятьдесят пропущенных звонков, и все от подруги. Вот кто переживал за меня! Говорят, друзья познаются в беде. Это так!
Поразительно, что от старой жизни я ухожу с одним чемоданом! Выглядит как-то жалко.
— Ты куда собралась? И что это за перец?
— Я не перец, а муж.
— Какой нафиг муж? Это я почти муж! Мари, что за фигня? Ты что, меня бросаешь? — и столько удивления в голосе, что я начинаю смеяться. То есть он думал, я никогда этого не сделаю?
— Да, бросаю! Теперь можешь спать с кем угодно, но не со мной!
— Бред, мы ведь помолвлены. У нас квартира! Кто будет платить в следующем месяце за хату?
— Ты, конечно, ведь я сюда больше не вернусь! — и я понимаю, как это правильно. У меня словно плита с плеч падает, и даже дышать становится легче! Вот кто тянул меня на дно, а я не понимала!
— Бред, ты никуда не пойдёшь! — рычит бывший и неожиданно быстро оказывается рядом, а потом замахивается… Я сжимаюсь и закрываю глаза, ожидая удара. Но ничего не происходит. Поднимаю взгляд и вижу, как разгневанный Глеб держит удивлённого Ивана.
— Только последняя сволочь поднимает руку на девушку!
— Да чем она тебя зацепила? Не красотка, а в постели вообще бревно! Она ведь никакая! — от таких слов становится больно. Я бревно? Тогда чего он вообще со мной спал?
— Ты слепец!
— Чего? Да ты её через неделю выкинешь. Поверь, одной ночи хватит. Сперва не подпускает к себе, а потом понимаешь, что зря старался. Неповоротлива, стеснительна, зажата… Да она вообще всё время сухая. Фригидная, может.
Терпеть это я уже не могу и со всех сил заряжаю бывшему пощёчину.
— Больная! — кричит он на меня, а я вновь замахиваюсь.
— Мари, всё, пошли, он глупец! Никита, забери чемодан! — командует Глеб, подхватывая меня на руки и унося прочь.
