Что это? Многолетняя выучка дипломата или за этим кроется нечто большее? Продолжая занимать себя этими невинными мыслями я, машинально отвечая на приветствия многочисленных придворных и едва кивая слугам, шла по широким светлым коридорам отцовского замка, который в скором времени мне предстояло покинуть, чтобы отправиться в неведомый край, о котором мне не было известно практически ничего, кроме мрачных слухов о вечном холоде, бродящих по улицам голодных медведях и еще более мрачных и зловещих сплетен о страшном даре правителей этого мрачного места. О даре рода Снежных Волков, к которому имеет честь относиться мой жених, рода потомственных некромантов, одаренных (или проклятых) самой богиней зимы и смерти Мораной.
Я мрачно усмехнулась, осознав, что как бы я ни старалась не думать о мягко говоря настораживающем меня даре мужа, ничего не выходит.
Что ж, такова моя судьба. Спасти свой народ, принеся себя в жертву ужасному некроманту, распивающему по утрам младенческую кровь, а на ужин приканчивающему по парочке непорочных дев. Я непроизвольно хихикнула, понимая, что если оставшиеся дни потрачу на серьезные размышления, неминуемо сойду с ума от страха или сбегу, несмотря на то, что прекрасно осознаю, что одна жизнь, которая скорее всего будет сохранена, ничто в сравнении с ужасами войны моей Родины и варварского союза Запада и Востока.
Вздохнув, я, осмотрела коридор, ведущий к принадлежащей мне части дворца, и, убедившись, что он пуст, подхватив юбки, бросилась к знакомой двери. Сократив таким нехитрым образом свой путь с пяти минут неспешного шага, подобающего принцессе, до минуты противоречащего всем законам этикета бега, я оказалась в собственной спальне и, заперев дверь, принялась, не дожидаясь сонма вечно щебечущих различную чепуху служанок, положенных принцессе, торопливо переодеваться.
С трудом справившись без посторонней помощи, торопливо стащила узкое черно-красное платье, благо оно было снабжено длинными разрезами на подоле, оставшись в легких кремовых шароварах и такой же рубашке с длинным рукавом. Избавилась от золотистых туфелек на высоком каблуке и накинула длинную, расшитую серебром и жемчугом безрукавку. Глянула в зеркало и, тихо застонав вслух, бросившись к роскошному туалетному столику, инкрустированному все тем же жемчугом и сапфирами, принялась торопливо смывать обильный слой макияжа, по всеобщему мнению, украшавший мое лицо. Время от времени, я бросала нетерпеливый взгляд на изящные часики, украшавшие мое запястье и бывшие подарком отца на пятнадцатилетие.
К моему большому сожалению, служанки, каждое утро тратящие по часу времени и по нескольку десятков косметических средств на роспись моего драгоценного лица, постарались на славу. Их работа оказалась крайне стойкой и смывалась с большой неохотой. Наконец, я признала уже свою работу по уничтожению чужого труда более-менее удовлетворительной и, полюбовавшись на свое разом ставшее еще более юным лицо, стянула перевивающие косы жемчужные нити, отворила окно и, в который раз вознеся хвалу богам за то, что мои покои расположены на первом этаже, спрыгнула на мягкую траву.
На миг замерла, позволяя себе осознать, что творю, грустно улыбнулась и, держась в тени цветущих яблонь, направилась в глубь давно заброшенного сада, под звонкий щебет птах и шелест листвы.
Чем ближе я оказывалась к цели своего почти преступного пути, тем сильнее билось сердце. Спустя несколько минут, мне уже казалось, что оно покинуло свое обычное место и стучит прямо в горле, затрудняя дыхание.
Понимала ли я тогда, что делаю? Конечно. Отец и наставники позаботились о том, чтобы я в любой ситуации четко осознавала свои действия и их последствия. Они же научили меня эти самые последствия просчитывать и отступать перед непреодолимыми препятствиями.
Именно таким препятствием для моих планов оказалась свадьба с княжичем. Непреодолимым. Неодолимым. Тем, которое невозможно ни обойти, ни разрушить. Его можно лишь принять. И постараться сделать это с достоинством, подобающем наследнице пусть уже не Пределов, но рода Черных Кошек, сотен мужчин и женщин, взирающих на меня с небес и наверняка не одобряющих того, что я делаю сейчас.
Да что там. Я и сама не одобряю. И даже не совсем понимаю. Но не могу уйти просто так. Не могу заставить его страдать. Я должна попрощаться.
Я должна оставить свою любовь, чтобы исполнить долг перед семьей и страной. Я умею принимать поражения с высоко поднятой головой, как подобает принцессе. И я сделаю это.
Я продолжала убеждать себя в этом, но каждый шаг давался мне тяжелее предыдущего, я хотела развернуться и убежать, а в глубине души боялась, что, увидев его, приму очередное сумасбродное предложение и... сбегу.
Горькая улыбка искривила мои губы. Кого я обманываю? Я никуда не уйду. Я не оставлю свою семью и свой народ, которым мне уже не доведется править, на пороге войны. Слишком сильны во мне воспитание и голос крови.
