Сплетни нашего городка полностью

– На то, что ты используешь всю нашу компанию, чтобы заставить своего папочку дать тебе работу в его нефтяной компании. Шарлотта унижена и готова на все, лишь бы вернуть порядок в свой роскошный мир. Так что, когда вернется домой, разобьется в лепешку, но обеспечит тебя работой в компании, и ты больше никогда ни с кем из нас и не заговоришь, – ответила Крикет. – Лично мне плевать, потому что я ни капельки не верю в твою искренность, но мне будет больно видеть, как страдает Рик. Не говоря уже о Летти и Надин.

– Ты действительно думаешь, что я такая дрянь? – Дженни Сью поставила сковородку на плиту и добавила масло, чтобы обжарить стручки окры[32]. – И с чего ты взяла, что Рик будет страдать? Даже если я выйду на работу, это не значит, что мне захочется порвать дружбу с ним, Летти и Надин. И, может, даже намек на дружбу с тобой.

– Кажется, мы с тобой подруги поневоле, – возразила Крикет.

Дженни Сью ответила:

– Это ты придумала, не я.

– Ну, просто вырвалось. «Подруги поневоле» – звучит довольно глупо, ты так не думаешь? Но в школе ты была одним человеком, а теперь притворяешься совсем другим.

– Может, я притворялась как раз в школе, пытаясь соответствовать тому, что из меня лепили с рождения. Может, мне не нравился мир, в котором я росла, как и тот, в который окунулась после замужества. И, возможно, мой нынешний мир нравится мне гораздо больше, – говорила она, не отрываясь от работы. – А какие ставки делают Летти и Надин?

– Обе думают, что у тебя крылья за спиной. Но что с них взять, они же старухи? – сказала Крикет.

– Лучше, чтобы никто из них этого не слышал. – По крайней мере, две ее милые подруги не думали, что она их использует.

– И, прежде чем ты задашь следующий вопрос, – продолжила Крикет, – Рик не слушает сплетни. Я не знаю, на что ставит он.

Дженни Сью обжарила сладкий перец и лук на второй сковороде, чтобы приготовить фрикадельки на ужин. С рисом и окрой, нарезанными помидорами и огурцами, фрикадельки были одним из любимых блюд Перси. Мысль о том, как он возвращался с работы в их шикарную квартиру, где его ожидал накрытый стол с отменной едой, вновь заставила ее задуматься о друзьях, приобретенных в Нью-Йорке. Дамы, с кем она работала в комитетах по сбору средств на благотворительность, с кем ходила по магазинам или обедала – все они бросили ее, когда Перси попал в беду и сбежал со своей новой подружкой. Так что трое друзей, которые верили в нее, несмотря на ее прошлое, в тот вечер казались ей настоящим даром Божьим.

– Тебе нечего сказать? – спросила Крикет.

Дженни Сью покачала головой.

– Никакие слова не изменят твое мнение или мнения людей в городе, так что нет, мне нечего тебе сказать. А вот что бы сказала ты, если бы оказалась на моем месте?

– Я бы обязательно что-нибудь сказала. То, что люди думают о тебе, может здорово повлиять на то, как складывается твоя жизнь.

– О, неужели? Люди думали, что я привилегированное лицо, и посмотри, чем я зарабатываю на жизнь, – сказала Дженни Сью. – Убираю дома, переставляю книги в букинистическом магазине, по вечерам работаю в поле и терплю выходки так называемой подруги поневоле. Да, и до кучи, я сама ухаживаю за своими волосами и ногтями и обхожусь лаком одного цвета.

Крикет посмотрела на свои босые ступни, и Дженни Сью проследила за ее взглядом.

– Твои ногти на ногах выглядят ужасно, но маму хватил бы удар, если бы она увидела мои. Хочешь, я сделаю тебе педикюр после того, как мы закончим со сбором урожая?

Крикет потеребила повязку на лодыжке и закусила нижнюю губу.

– Ты в своем уме? С чего вдруг ты станешь это делать после того, что я тебе наговорила?

– То, что ты наговорила, не имеет никакого отношения к твоим ногтям, разве нет? – сказала Дженни Сью.

Крикет снова посмотрела на свои ноги.

– Они в жутком состоянии.

– Тогда давай займемся ими. У тебя найдется пилочка, лак для ногтей и, может, какой-нибудь приличный лосьон?

Крикет указала на закрытую дверь.

– В обувной коробке на полке в моей гардеробной.

– Хорошо. Тогда мы наведем красоту, как только я управлюсь с урожаем. – Она протянула Крикет нож и маленькую миску с мытыми овощами. – Лучше помоги, чем ворчать и жаловаться на все подряд. Ты можешь нарезать помидоры и огурцы, пока сидишь.

Крикет подняла бровь.

– Ты собираешься доверить мне нож?

– Я бегаю быстрее тебя, – ответила Дженни Сью.

Если бы десять лет назад кто-нибудь сказал ей, что Дженни Сью Бейкер однажды будет сидеть у нее дома и делать ей педикюр, Крикет решила бы, что человек попросту напился и несет пьяный бред. Но вот Дженни Сью сидела на полу возле тазика с теплой водой, с полотенцами и обувной коробкой, полной маникюрных принадлежностей Крикет.

Дженни Сью протянула ей маленькую коробочку.

– Выбери цвет, пока я подстригу ногти и приведу в порядок кутикулу. Кстати, я могу сделать «френч», если хочешь.

– А мне можно выбрать цвет для моих ногтей, когда ты закончишь с Крикет? – усмехнулся Рик.

Дженни Сью кивнула с серьезным видом.

– Красный будет здорово на тебе смотреться.

Боже правый, неужели они флиртуют? Крикет закатила глаза.