Есть лица, подобные пышным порталам,Где всюду великое чудится в малом.Есть лица – подобия жалких лачуг,Где варится печень и мокнет сычуг.Иные холодные, мертвые лицаЗакрыты решетками, словно темница.Другие – как башни, в которых давноНикто не живет и не смотрит в окно.Но малую хижинку знал я когда-то,Была неказиста она, небогата,Зато из окошка ее на меняСтруилось дыханье весеннего дня.Поистине мир и велик и чудесен!Есть лица – подобья ликующих песен.Из этих, как солнце, сияющих нотСоставлена песня небесных высот.1955<p>Осенний клен</p>Осенний мир осмысленно устроенИ населен.Войди в него и будь душой спокоен,Как этот клен.И если пыль на миг тебя покроет,Не помертвей.Пусть на заре листы твои умоетРоса полей.Когда ж гроза над миром разразитсяИ ураган,Они заставят до земли склонитьсяТвой тонкий стан.Но даже впав в смертельную истомуОт этих мук,Подобно древу осени простому,Смолчи, мой друг.Не забывай, что выпрямится снова,Не искривлен,Но умудрен от разума земного,Осенний клен.1955<p>При первом наступлении зимы…</p>При первом наступлении зимы,Блуждая над просторною Невою,Сиянье лета сравниваем мыС разбросанной по берегу листвою.Но я любитель старых тополей,Которые до первой зимней вьюгиПытаются не сбрасывать с ветвейСвоей сухой заржавленной кольчуги.Как между нами сходство описать?И я, подобно тополю, не молод,И мне бы нужно в панцире встречатьПриход зимы, ее смертельный холод.1955<p>Бегство в Египет</p>Ангел, дней моих хранитель,С лампой в комнате сидел.Он хранил мою обитель,Где лежал я и болел.Обессиленный недугом,От товарищей вдали,Я дремал. И друг за другомПредо мной виденья шли.Снилось мне, что я младенцемВ тонкой капсуле пеленИудейским поселенцемВ край далекий привезен.Перед Иродовой бандойТрепетали мы. Но тутВ белом домике с верандойОбрели себе приют.Ослик пасся близ оливы,Я резвился на песке.Мать с Иосифом, счастливы,Хлопотали вдалеке.Часто я в тени у сфинксаОтдыхал, и светлый Нил,Словно выпуклая линза,Отражал лучи светил.И в неясном этом свете,В этом радужном огнеДухи, ангелы и детиНа свирелях пели мне.Но когда пришла идеяВозвратиться нам домойИ простерла ИудеяПеред нами образ свой —Нищету свою и злобу,Нетерпимость, рабский страх,Где ложилась на трущобуТень распятого в горах, —Вскрикнул я и пробудился…И у лампы близ огняВзор твой ангельский светился,Устремленный на меня.1955<p>Где-то в поле возле Магадана</p>
