В комнате стоял большой стол, на котором лежала толстая стопка бумаги с краю. Карандашница с кучей заточенных карандашей, и, прямо над столом, висел микрофон.
— Ты пока располагайся, а я предупрежу техников, что запись начнётся немного раньше.
— Эттув, скажи моим, чтобы без меня на фронт даже не думали соваться. Пусть походят, если не накопители, то хотя бы артефакты поищут. — Попросил я.
— Передам. — Кивнул он и оставил меня одного.
Я сел за стол и стал ждать, когда сообщат, что к записи всё готово. Дабы не терять время, начал зарисовывать схемы. Потом просто поясню, что на них изображено.
Техники из особого отдела провели в комнату не только микрофон, но и динамики. По мере моего рассказа через них посыпались уточняющие вопросы. В большинстве своём очень грамотные. Военный с неприметной внешностью периодически заходил ко мне в комнату и забирал листки со схемами.
У меня сложилось впечатление, что особистам удалось найти специалиста в области электроники полупроводников, химии, оптики и куче других специальностей сразу. Причём хорошего специалиста, а не такого, как я, нахватавшегося верхушек. Далеко не на все вопросы я смог ответить, но надеюсь общее направление для дальнейших исследований указал правильно.
Попутно надиктовывал всплывшие в памяти знания из других областей. Здесь вопросов возникало меньше, но тоже были.
К концу пятого часа я чувствовал себя выжатым как лимон и решил, что на сегодня хватит. Мой невидимый собеседник тоже порядком устал, поэтому возражений не последовало, и техник объявил, что останавливает запись.
Ко мне в кабинет зашёл уставший, но довольный военный.
— Хорошо поработали. Материала много для дальнейшего изучения, и он более качественный, чем в прошлый раз.
По голосу я узнал своего собеседника, поэтому поинтересовался:
— Зачем такие сложности с микрофоном и динамиками? Мы могли сесть и нормально поговорить. Некоторые вещи лучше объяснять, показывая на схемах.
— Вы хорошо отвечали, и схемы у вас замечательные. — Продолжал радоваться собеседник. — Позвольте представиться: Бецалель Давидович Альбо. Я заведую местным особым отделом. — Я просто кивнул в ответ. Самому представляться глупо. Он и так обо мне знает всё, что только можно было узнать. — Не считайте меня великим знатоком науки. — Улыбаясь, продолжил он. — Я, конечно, умный, но не до такой степени. Раскрою вам небольшой секрет. В другой комнате вас слушало восемь человек. Всех, кого смогли собрать за столь короткое время. Это они задавали вам вопросы, записывая их на бумажке. Я лишь зачитывал. Боюсь, при личном контакте вы бы потонули в потоке скептицизма и язвительности. Я слишком хорошо знаю эту братию, чтобы тратить время впустую.
— Хитро. — Улыбнулся я. — Но сейчас мне нужно заняться делом с моими подопечными.
— Василий, или Иван? — С вопросом посмотрел на меня особист.
— Лучше обращаться Василий.
— Василий, я знаю про вашу неуязвимость, но прошу: не рискуйте собой. Даже у Ахиллеса было уязвимое место. — Проникновенно глядя мне в глаза, сказал Бецалель Давидович.
— Я знаю об этом. Бронежилет я тоже не из-за обострившегося мазохизма таскаю. — Не люблю особистов. А добрые особисты вызывают у меня приступ паранойи. Поэтому отвечал я честно. — Вся особенность нашего появления в вашем мире упирается в преодолении опасностей. Нам нужен риск или мы будем мертвы, так же как четверо наших товарищей, которые надеялись лишнего риска избежать.
— Я слышал об этом инциденте. — Вот тут я удивился. Когда он мог прочитать доклады подчинённых, если всё время засыпал меня вопросами? — Но согласитесь, если бы в бронежилетах и с оружием шли вы, то состав мокрого пятна тоже был бы несколько другим.
— Спорить не буду, но я смог пообщаться с роботом русских и уйти живым и невредимым.
— Вот с этого места хотелось бы вашу историю узнать во всех подробностях. — Оживился Бецалель Давидович, а у меня отлегло от сердца. Он мне начал казаться подозрительно всеведущим, но оказалось, что это не так.
— Давайте баш на баш. — Предложил я. — Вы мне предоставите всю имеющуюся у вас информацию о русских, а я вам расскажу о своих выводах. Но только после того, как я решу свои насущные проблемы.
— Я могу чем-нибудь помочь со стороны своей службы?
— Как появится необходимость в вашей помощи, я её обязательно попрошу. В данный момент сам не знаю, что именно мне нужно. Подскажите, где искать моих ребят?
— Может, стоило Третьего взять с собой? — После длительного молчания, разбавляемого нашим пыхтением, спросил Василий. — Чего мы тут одни мучаемся?
Его голос в противогазе звучал глухо. Вдобавок стенки бетонных секций канализации густо поросли то ли мхом, то ли лишайником, который гасил звук, как вата. Размер трубы позволял передвигаться лишь на четвереньках. Хорошо, что в городе давно не работает водопровод и в канализацию поступает мало стоков.
Защитные костюмы из прорезиненной ткани защищали нас от воздействия внешней среды, но плохо боролись с выделяющимся потом. К середине пути мы оба были мокрые как мыши.
