— А я, в отличие от тебя, знаю! — Отрезал напарник. — Нет у нашего конструкта модуля селекции целей. Дешевле зарядить его лишний раз. О! Нашёл! — Он подхватил верёвку и вернулся к чухану. — Если он смог меня магии лишить, то сможет её назад вернуть. — Фёдор азартно начал опутывать голого парня.
— А мне ты сможешь как-нибудь помочь? — Хмуро спросил Филя.
— Вернётся сила — помогу, а пока жди. — Намного миролюбивее, ответил напарник.
Закончив связывать пленника, Фёдор постарался привести его в чувство всеми известными ему способами. Но результата не добился.
— Да что с ним такое-то? — Возмущённо бормотал он.
— Плюнь ты на него. Поехали. Нам ещё два дня добираться. Очухается.
Филя за сутки неплохо освоился с передвижением на раскоряку. Даже смех у напарника перестал вызывать своим видом. А может, действовало то, что он напоминал Фёдору о его, ещё большей, утрате.
Утром второго дня Филя проверил состояние чухана. Тот до сих пор находился без сознания. Все следы побоев, которые ему нанёс Фёдор, прошли поразительно быстро. За прошедшее время напарники, можно сказать, изнасиловали прибор с конструктом распознавания. Проверяли не только чухана, но и себя для контроля. Тот исправно показывал отсутствие магических способностей у чухана и Фили, а Фёдора, наоборот, продолжал считать полноценным магом. Такие результаты вносили дополнительный раздрай в душу последнего.
— Федя, надо что-то с чуханом делать. Мы не можем его вот так привезти в Архангельск. Нас первый попавшийся патруль арестует.
— Да знаю я. — Проворчал тот. — Ну и куда мы его денем? Задерживаться нам тоже не стоит, а следующий выезд не раньше чем через неделю. Так бы положили под кустик и навестили чуть позже.
— Решение надо принимать сейчас. Потом поздно будет. Мне под статью попадать как-то не очень хочется.
— Оформляй ему гражданство по полной программе. — Решился Фёдор. — С худой овцы хоть шерсти клок. Получим премию за нового рекрута.
— Как я тебе его оформлю без добровольного согласия и принесения присяги?
— Эх, молодёжь. — Вздохнул маг. — Я его сейчас развяжу и одену в полёвку. По причесочке пройдусь машинкой, а то она у него, как из модного салона. Ты в это время заполняй бумаги, но пиши так размашисто, чтобы место под оттиск оставалось только для отпечатка пальца.
— По пальцу ведь тоже определят, что добровольного согласия не было. — Возразил Филя.
— По отпечатку пальца лишь верховный судья города сможет определить детали. У остальных квалификация не позволит. Главное, отпечаток будет, а ради какого-то штрафника, никто судью тревожить не станет.
— Так ты предлагаешь сдать его сразу как штрафника?
— Именно! Не просто как рекрута, а рекрута, напавшего на госслужащего! — Глубокомысленно добавил Фёдор. — За такое преступление его обязательно в штрафную засунут, а там долго не живут. Но этот вариант оставим на крайний случай, если он мне магию назад возвращать откажется. Может, договоримся по-хорошему, тогда отслужит своё в линейных войсках. Вон как дерётся хорошо. И ему гражданство заслуженное перепадёт, и нам наконец-то тыкать перестанут, что от оленеводов добровольцев не привозим. А может, совсем прекратят нас посылать за чудью бегать по болотам. Будем спокойно регистрировать рождения и смерти, да гражданство оформлять для молодёжи в близлежащих деревнях. — Размечтался он. — Будет им этот чухан, как пример добровольца, у которого добровольности надолго не хватило.
— А есть ещё альтернатива. Нас самих, в конце концов, отправят в штрафную. — Подвёл Филя итог мечтаниям Фёдора.
— Я же тебе сказал, это на крайний случай. — Вернулся тот на землю. — За ещё одного рекрута, пусть и не совсем добровольного, нам, кроме устного выговора, ничего не будет.
— Ну если так, тогда можно попробовать. — С сомнением произнёс Филя.
— Есть другой вариант. Попроще. Кидай его в воду. — Фёдор указал рукой за борт. — Нет тела — нет дела. А я уж как-нибудь переживу. В Москву съезжу на лечение. Там вроде клиника для выгоревших военных есть. — С ухмылкой закончил он.
— Скажешь тоже. — Помотал головой Филя. — Без веской причины, живого человека утопить… Я так не могу. Неправильно это.
— А ты про свои яйца вспомни. — Подначил его напарник. — Сразу легче станет.
— Это другое. После драки кулаками не машут. — Упёрся Филя. — И не смогу я его через борт перевалить. Раненный я! — Нашёл он для себя удобное объяснение.
— Тогда займись бумагами. — Отрезал Фёдор.
— А что в графе «имя» писать?
— Да хоть Вася Пупкин! Какая, к чёрту, разница? Хотя лучше не стоит Пупкиным его называть. Таких скоро целый полк наберётся в армии. Придумай другую фамилию.
— Ну ты придумал! — Фёдор покачал головой. — На большее воображения не хватило?
— Нечего было меня по яйцам пинать. Надо было ему вообще неприличную фамилию дать, да только нам самим за это по шапке надают. — Недовольно ответил Филя.
Он сидел за штурвалом на специально для него поставленном сундуке. Кресло рулевого было оснащено съёмными подлокотниками, что очень мешало растопыривать ноги при сидении.
— Как будто эта фамилия приличная. — Скривился напарник.
