– Для этого надо им родиться, Эола Эйиладд, – покачал головой Мейли. – Но даже Багровый маг поддается его изобретению. В меньшей степени, но все же. Так что будь осторожна, и будь осторожна вдвойне, потому что за тобой следят.
– Кто следит? – ужаснулась Мист.
– Я не знаю. Но кто-то, или что-то идет за тобой по пятам от Башни, от Университета. Не попадайся.
Мист нервно огляделась, словно прямо сейчас и прямо тут за ней мог прийти очередной брат ловчий.
– Не попадайся, – повторил Мейли и, внезапно качнувшись, сменил положение на подоконнике, сев, как нормальный человек и взглянув ей на мгновение прямо в глаза совершенно некомфортным, колючим взглядом. И глаза у него оказались почему-то темно-фиалковыми, а не янтарными. Мист вздрогнула от этого, и проснулась снова, снова в кровати, и подскочила, оглядываясь кругом.
За окном был рассвет, и он очерчивал мягкой розоватой каймой фигуру Воина, замершего на фоне окна с напряженной прямой спиной.
– Вот ты дубина, – почти ласково сказала ему Мист. – Хорошо тебе, никаких снов, никаких видений, и маги эльфийские не чудятся кругом, и слежка никакая не пугает. Нет эмоций – нет проблем, правда?
Воин, конечно, ничего не ответил, и Мист даже не почудилось никакого движения или отклика, как зачастую бывало. Кукла куклой, бездумная и тихая. Только вот глаза у него были, если подумать, ровно того же цвета, что у Мейли во сне. И что это могло значить? Безумный эльф примеривал на себя запчасти потомка, или что?
– Ты хоть в курсе, что за нами кто-то следит? Или не следит, и Мейли просто издевается? Такое, знаете ли, тоже возможно. Даже если он и делал вид тут, что нормальный, совершенно не факт, что это не хитрая маскировка.
Воин был в курсе, или не в курсе, или что-то среднее между да и нет, как все его существование.
– Надо было сразу велеть тебе шагнуть в бездну. Вот в тот момент, когда я поняла, что Виль все равно потерян навсегда, даже если его тело еще ходит и дышит, – вздохнула Мист. – А, может, и мне надо было шагнуть, тоже? Много ли смысла в моей жизни? Моем возвращении?
Она, помедлив, начала свою утреннюю рутину, продолжая свои невеселые размышления про себя. Все в порядке было, на самом деле, с тем, что Торрен остался в прошлом, кроме ее эмоций по этому поводу. Когда-то там, в прошлом, в самом деле должен был появиться Тор, чтобы написать первые страницы Багровой книги своим почерком, чтобы построить башню в землях орков и оставить им пророчество о том, что потом придет Мист, чтобы наладить все до конца. Тут все было логично и на месте, и даже понятно становилось, почему “Ниджиххт” сам не мог закрыть дыру до дна Доменов, которая там была – по части склонности к Багровой магии Тор в самом деле был послабей Мист, и вообще обрел хоть какие-то способности только после вмешательства Мейли. Вероятно, вселение тоже считалось за рождение, в какой-то мере.
И Торрен был… он был на месте в том мире. Вспоминая их путь через безвременье, Мист не видела его отчаявшимся, печальным или грустным. Он казался уверенным, удовлетворенным своей жизнью и своей судьбой от начала и до конца. И Мист очень надеялась, что так оно и было, что Торрен был счастлив, и что он никогда не сожалел о своем решении, потому что сама она сожалела.
Да, без нее Карн Д Рагорн и Элианна несомненно, победили бы в Имрейсе – Сорс в одиночку не справился бы. И Воин стал бы бессловесным орудием совсем другой воли, и Ашу пришлось бы дальше самому справляться со своими трудностями, и Мист видела определенный смысл в том, что она должна была пройти обратно, пронести магию вместе с собой обратно, но она, на самом деле, видела очень мало смысла в том, что было сейчас, после. Разве что – вот эта важная загадка, которую она получила в самом начале пути, и которая пронизывала его весь.
– Что ж, барышня, – зевая, напутствовал ее профессор Коурон, вышедший их проводить. – Я жду от вас вестей, и писем жду, даже если мы не встретимся вновь лично.
– Да, профессор, – кивнула Мист. – Вам счастливого пути домой. На этот раз без приключений.
Тот серьезно кивнул, еще раз проговорил условия грядущей встречи с Лессе, и они, наконец, отправились.
К огромному счастью Мист, Лессе не очень-то горел желанием с ней общаться, или просто не мог найти подходящий вопрос, чтобы начать беседу, но, в любом случае, достаточно долго они просто брели в одном и том же направлении, через постепенно меняющуюся природу. Когда Гнилицкие дворики скрылись из виду, вокруг уже начало становиться жарче, и пушистое разнотравье предгорий то и дело сменялось жесткой, колючей травой. И деревьев было все меньше и меньше вокруг, хотя бывший Геннелит они окружали изрядным плотным кольцом. Зато под ногами то и дело попадались остатки каменной кладки, словно тут когда-то была широкая мощеная дорога. Мист даже пару раз останавливалась, чтобы поглазеть на это, пока Лессе недовольно не одернул ее.
– Нечего пялиться, – сказал он. – Там дальше больше будет камней, тут все разобрали.
– То есть, разобрали?
– Да как твой лэр старые эльфьи дома, чтобы ту башню построить.
