– Ты не видел Леру?
С Хэллоуина прошло несколько дней, не считая выходных, в которые я пытался прийти в себя. Но все тщетно… Позлить Леру не удалось, кроме того, я никак не мог ей дозвониться.
Тема, сидящий на пуфике около столовой, помотал головой в знак отрицания.
– Спроси у Лили, где Лера?
– Ты думаешь, Лилька мне ответит на этот вопрос? – выгнув бровь, ответил Артем. А ведь он явно что-то скрывает. Я чувствовал это.
– Да, а почему нет?
– Мы с ней не разговариваем, – коротко добавил друг и уткнулся в смартфон.
– Опять накосячил?
– Типа того.
Усаживаюсь рядом с другом. У меня неспокойно на душе от того, что Леры нет в вузе. Быть может, она заболела? Или, того хуже, что-то случилось? Мысли не дают мне расслабиться и подумать, отчего становится лишь тяжелее на душе.
Поднимаю голову и вижу, как мимо проходит Лилия. Артем провожает ее расстроенным взглядом, а я недолго думая подрываюсь с места и догоняю ее.
– Привет, – говорю ей, а та от неожиданности подпрыгивает на месте.
– Привет. Ты чего так пугаешь?
– Слушай… а ты…
– Нет, я не буду разговаривать с Артемом! – перебивает меня Лилия и ускоряет шаг. Она направляется куда-то вглубь коридора. – Даже не проси!
– Вообще-то я хотел спросить, где Лера? Я не видел ее давно…
– А…
Лилия запнулась. Зная ее и то, какие у нее острые словечки в запасе, я удивлен, что эта девчонка вообще умеет запинаться. Тут явно что-то нечисто.
– Она приболела, – добавляет та и делает вид, что ей неинтересен разговор со мной.
– Она дома?
– Нет.
– В больнице?
– Да нет же! – восклицает та, остановившись на месте. – Послушай. Она не хочет тебя видеть. Между вами все кончено. И вообще… Я бы точно так же поступила на месте Леры и уехала куда-нибудь подальше от такого говнюка, как ты.
Я стою как вкопанный.
– Как уехала?
Лилия разом меняется в лице. Я отчетливо вижу, что она что-то недоговаривает, и, по всей видимости, они в сговоре с Лерой.
– Просто отстань от нее, и все! – фыркает та напоследок и уходит от меня прочь.
Я стою и думаю о том, что… Нужно кое-что проверить. Поэтому, развернувшись, иду обратно к другу.
Тот же, как преданный пес, смотрит на меня и думает, что я пришел с вестями. Вот только они не те, которые он ожидает.
– Ну? – подорвавшись, спрашивает он.
– Пойдем, – говорю я ему и беру свой рюкзак. – Нужно кое-что проверить.
– Что тебе сказала Лиля?
Через плечо кидаю в ответ:
– Она не хочет говорить со мной о тебе. И вообще, в ее глазах я говнюк.
Артем что-то кидает мне в спину, но мои мысли заняты совсем другим. Сегодня отец на какой-то важной конференции, поэтому его кабинет будет свободным. А мне жизненно необходимо туда попасть. И пока мы идем к рабочему кабинету моего отца, Артем вздыхает так, словно с Лилей у них было все серьезно.
Зайдя в приемную, я вижу, как нас встречает Алла Сергеевна: пышногрудая блондинка-секретарь.
– О, Матвей! – восклицает она. – А Григория Аполлоновича сегодня…
– Я в курсе, – обрываю ее. – Он позвонил мне и попросил кое-что ему сказать. Я быстро.
Алла Сергеевна недоверчиво смотрит на меня, а после, кивнув в знак согласия, добавляет своим писклявым голосом:
– Ладно. Проходи, конечно…
– Спасибо, – отзываюсь я и, дернув ручку двери, вхожу в кабинет.
Сразу же за компьютер. Артем закрывает за нами дверь и, сложив руки на груди, спрашивает:
– И что ты собрался тут искать?
– Леры нет двое суток в вузе, – говорю ему и жду, пока компьютер загрузится. – Лиля сегодня упомянула, что она бы так же сделала, как и Лера, – уехала бы подальше от меня.
– Игры в Шерлока продолжаются, – скучающе подмечает Тема и плюхается на кожаный диван.
– Ты видел сегодня Тараса? – спрашиваю у него, потому что эта мысль не дает мне покоя.
– Нет, – морщится Артем. – Он часто прогуливает пары.
– Но не тогда, когда нет Леры.
– И что ты думаешь?
Компьютер благополучно включился и я, вбив пароль, который отец, к счастью, не меняет, захожу в его учетную запись. Найти нужную программу на его рабочем столе куда проще, чем мне показалось, поэтому, быстро зайдя в нее, ищу табель посещаемости. Фамилий много, поэтому я делаю отбор по ее фамилии: Золотова Валерия.
И нажимаю кнопку enter. Программа быстро выдает мне надпись:
«Поиск: значение не найдено».
Я хмурюсь. Видимо, какая-то ошибка.
Ввожу снова все как нужно и жму «энтер». И вновь выскакивает, что значение не найдено.
– Ну-к, подойди!
Артем лениво встает с дивана и медленно подходит ко мне.
– Вот, смотри, – говорю ему, и тот читает вслух, что написано на экране в небольшом окошке.
– И?
– Тебе не кажется это странным?
– Ну-ка, вбей себя!
И как я до этого не додумался?
Вбиваю свою фамилию и проделываю все ту же комбинацию и… Я есть в списке учеников. Моя успеваемость. Посещения. Все отражается.
– Странно… – откидываюсь на спинку стула. – Очень странно.
Я вбиваю фамилию Тараса и… Программа мне выдает и его.
Замечаю, что Артем что-то разглядывает на столе. А после он берет папку и открывает ее.
– Почему Лера не высвечивается в списке учеников? Она что, фамилию сменила?
– Зачем ей это? – переспрашивает Артем, продолжая что-то читать в папке.
– Не знаю. – Я стону от бессилия и того, что я понятия не имею, где Лера.
– Когда ты ее в последний раз видел?
– На Хэллоуине…
– Мм, – мычит Артем. – А после?
– Не видел. Не слышал… и не знаю, где она.
Артем молча протягивает мне папку.
– Что это?
– Занятное дельце, – с улыбкой на лице отвечает друг.
Я открываю ее, и первое, что мне попадается на глаза, это письмо из канадского университета. В нем говорится о том, что Леру успешно переводят за границу… А еще что-то про вылет и встречу на месте.
– Что за…
– Это было твое место, ведь так? – уточняет Артем.
– Да, мне отец предлагал место в заграничном вузе. Правда, там речь шла о Лондоне…
– Ну, значит, он решил отправить Леру в другое место, от тебя подальше…
Злость переполняет меня. Я продолжаю рыскать в этой папке и нахожу еще одно письмо о переводе. А еще – отсканированные чеки и билеты на самолет.
Они датированы сегодняшним числом. Вроде бы…
– Какое сегодня число? – переспрашиваю у Артема в судорожных попытках встать с кресла.
– Пятое ноября, – сухо отвечает Артем. – А что?
Откладываю папку в сторону и смотрю на билеты. На них указан рейс, дата – пятое ноября и время вылета – пятнадцать часов десять минут.
Ничего не говоря, фотографирую их и, закрывая папку, выхожу из программы. Выключаю компьютер. Артем в растерянности говорит:
– Что ты делаешь?
– То, что должен был сделать еще тогда, – со злостью отвечаю Артему, а тот, встав, выходит за мной из кабинета.
Секретарша что-то бурчит нам в спину, но я ее не слушаю. Смотрю на часы. Стрелки показывают тринадцать часов сорок минут. А это значит, что у меня меньше часа до того момента, как Лера пройдет контроль. Перехожу практически на бег, и Артем не отстает от меня.
– Матвей! Куда ты?
Не отвечаю ему и бегу дальше. На выходе из вуза буквально перепрыгиваю турникеты, а после быстро спускаюсь по ступеням. На улице идет сильный дождь. Я даже не заметил, что сегодня плохая погода. Видимо, даже она издевается надо мной.
– Матвей! Стой! – кричит Артем и, укрывшись от дождя своим портфелем, догоняет меня. – Куда ты?
– Я должен ей все сказать прежде, чем она уедет.
– Матвей. Да брось ты! Вы все эти дни не разговаривали. Она не реагировала на тебя, и ты думаешь, что сейчас она тебе поверит?
– Я ДОЛЖЕН ПОПРОБОВАТЬ! – кричу я на друга. – Я ВСЕ ИСПОРТИЛ! И из-за меня эта девочка уезжает за границу! Я сделал ей больно! Я должен попробовать все исправить!
Артем поджимает губы. Моя машина весело пиликает.
– А ты иди и извинись перед Лилией. Даже если она не права! – добавляю я. – Вы хорошая пара. Да и ты влюблен в нее по уши.
– Ничего я не влюблен! – тарахтит друг, но я твердо добавляю:
– И она влюблена. Не бойся брать на себя ответственность. От этого еще никто не умирал.
– Ой, чья бы корова мычала! – добавляет Артем и провожает меня взглядом, пока я разворачиваюсь и быстро выезжаю с территории вуза.
В каком-то коматозном состоянии я доезжаю до аэропорта. Руки дрожат, ноги меня не слушаются, а в голове лишь одна мысль: вернуть Леру. Мне везет, что аэропорт лишь в двадцати минутах езды от пригорода, где находится наше учебное заведение, поэтому мне ничего не остается, как надеяться, что я успеваю. Припарковываюсь на платной стоянке, оплатив картой два часа времени. Часы показывают два часа пятнадцать минут. Не теряя времени, пулей вылетаю из машины и оглядываюсь вокруг.
Дождь льет как из ведра, и видимость просто нулевая. Я мгновенно становлюсь мокрым. А противный холодный ветер словно напоминает мне, что я должен торопиться. Мне нужен терминал D, но я в упор его не вижу. Ощущаю себя потерянным котенком в огромном мире. Мысли путаются, адреналин зашкаливает. Вижу сквозь непогоду вывеску нужного терминала и бегу к нему. Водитель, который паркуется неподалеку, сигналит мне, чтобы я не лез под колеса. Я лишь поднимаю левую руку вверх в знак того, что все путем. Но продолжаю бежать дальше. Волосы мешают и лезут в глаза. Убираю их назад, а из-за поворота выезжает внедорожник. Визг шин, мое сердце вот-вот вырвется из груди. Руками упираюсь в бампер, и машина останавливается.
– Ты че, слепой? – раздается басовитый голос.
– Простите! – кричу я, отряхиваясь.
– Жить надоело? Ты чего лезешь под колеса?
Но я оставляю мужика позади. Забежав под крышу терминала, расталкиваю людей с чемоданами и вбегаю в автоматические двери. На меня странно глядят двое охранников, которые лениво досматривают людей и их багаж. Поспешно вытаскиваю все металлическое из карманов и прохожу через детектор.
– Руки поднимите на ширину плеч, – останавливает меня один из них и требует выполнить приказ. Я нетерпеливо вздыхаю и делаю то, что он сказал. Охранник подозрительно медленно меня осматривает, отчего у меня начинает трястись нога. Он специально заостряет внимание на ней и, ощупав ее, продолжает дальше искать что-то запрещенное из полного списка предметов, которые ни в коем случае нельзя заносить в аэропорт. Я пытаюсь держать себя в руках, но мне сложно. Закончив с осмотром, мне наконец-то разрешают забрать свои вещи, и я, поспешно сунув в карманы все, трусцой бегу дальше.
Я поднимаю голову и на табло пытаюсь найти тот самый рейс, который должен отправиться. Судорожно ищу фото сканов билетов в айфоне и, найдя их, сверяю. К моему счастью, самолет еще не подали, а вот началась ли регистрация – вопрос интересный. Вижу стойку с информацией и девушку, сидящую за ней. Я подбегаю к ней и с ходу говорю:
– Здрасти. Мне нужен рейс DA-BG 789 на Оттаву. Он вылетает в три часа пятнадцать минут.
– Здравствуйте. Регистрация на рейс уже скоро закончится. Поторопитесь. Вам в левое крыло.
– Спасибо, – благодарю я и бегу туда, куда указала девушка.
Регистрация подходит к концу, но я верю, что Лера еще не успела зарегистрировать билет. Люди, которые ходят по аэропорту, меня раздражают. Я то и дело натыкаюсь на кого-то, едва не сбиваю тележку с чьим-то багажом. Извиняюсь через плечо, но полагаю, что меня из-за шума, стоящего в павильоне, не слышно. Продолжаю бежать до тех пор, пока не вижу вывеску: регистрация. Она находится правее, поэтому я подбегаю ближе и глазами ищу Леру. В огромные ветровые стекла бьется дождь. За окном все серо. Мне кажется, что непогода только усиливается. Не обращаю внимание на то, что с меня капает вода, а дыхание настолько затруднено, что я едва ли могу спокойно вздохнуть полной грудью. Людей настолько много, что я теряюсь в толпе. Я стою посреди павильона регистрации, пытаюсь найти Леру глазами, но… все тщетно. Ее нет. Я вижу, что ее тут нет. И, быть может, она уже прошла регистрацию и отправилась в зал ожидания. И если это так, то… сейчас я не смогу ее увидеть. И это будет проигрыш. Мой самый большой проигрыш в жизни.
Мои мысли прерывает голос из громкоговорителя:
– Рейс до Оттавы DA-BG 789 задерживается на один час из-за погодных условий. Приносим свои извинения за предоставленные неудобства.
Есть! Бинго! У меня есть шанс и… идея!
Метнувшись быстро к огромной стойке регистрации, я подхожу к девушке, которая только что говорила по рации. Она лучезарно улыбается мне и говорит:
– Чем могу вам помочь?
– Здравствуйте. Тут такое дело…
Я мнусь, потому что в голове эта идея выглядела гениально. А теперь… мне кажется, она глупая. Но набираюсь смелости и говорю:
– Мы поссорились с моей девушкой, а сегодня она должна лететь в Канаду… Она получила квоту, и я хотел ее проводить, но… опоздал. Можете как-то мне помочь ее найти? Рейс на Оттаву задерживается…
Девушка смотрит на меня с непониманием.
– Моя девушка… я… Я плохо с ней поступил… И я хочу все исправить. Но… в такой толпе я ее не найду. Помогите мне!
– Вы хотите, чтобы я сказала по голосовой связи о том, что вы ее потеряли?
– Именно, – киваю ей в ответ и молюсь о том, чтобы она пошла мне на уступки.
Девушка щурит свои кошачьи глаза так, словно проверяет меня.
– Пожалуйста… – жалобно говорю я, потому что она и правда моя последняя надежда.
– Как зовут вашу девушку?
– Валерия. Валерия Золотова, – добавляю я, чтобы уж точно Лера узнала.
– А вас?
– Соловьев Матвей.
– Хорошо. – Она откашливается и говорит по громкой связи: – Внимание. Золотова Валерия. Вас ждут на стойке информации и регистрации терминала D. Повторяю… Золотова Валерия. Вас ждут на стойке информации и регистрации терминала D. Спасибо за внимание!
Мне хочется вырвать у нее этот чертов микрофон, однако я пытаюсь держать себя в руках. Если я не смогу пойти наперекор всему – то больше чем уверен, что никогда в жизни не увижу Леру. И мой единственный шанс, который я пытаюсь воплотить в реальность, провалится.
– Ожидайте. Я верю, что ваша спутница подойдет к стойке.
– Спасибо, – говорю я девушке и отхожу в сторону.
Самолеты задерживают все, и это мне на руку. Проверяю айфон, но тот предательски молчит. Смотрю в окно с надеждой, что Лера послушает меня. Ухватится за ту самую ниточку, дернув за которую я смогу распутать этот чертов клубок, который сам и запутал. Смотрю в сторону стойки, но там никого, кто походил бы на Леру. По всей видимости, она уже в том зале, и… мои надежды на то, что мы поговорим, вот-вот рухнут.
– Матвей?
Этот голос я узнаю из тысячи. Вижу в отражении стекла Леру. Медленно разворачиваюсь, а ноги становятся каменными.
Лера. То самое несчастье, которое со мной произошло пару месяцев назад. Ее волосы собраны в высокий хвост. На ней объемное худи, поверх которого нараспашку пальто в светлую клетку. На ногах белые кеды и светлые джинсы.
– Лера, – восклицаю я, бросаюсь к ней и заключаю в объятия. Я крепко-накрепко прижимаю ее к себе, словно мы после долгой разлуки наконец-то увиделись. Ощущаю, что она ошарашена, и, быть может, это сыграет мне на руку.
– Что ты тут делаешь? – спрашивает она так, будто бы я появился из ниоткуда.
– Прости меня, я… я полный кретин.
Отстраняюсь от Леры и держу ее за плечи.
– Лера, прости меня, пожалуйста… я…
– Нет, Матвей, – отрезает она и отрицательно качает головой.
– Послушай меня. Дай мне сказать…
Лера нехотя соглашается. Времени в обрез, и на сентиментальности у меня нет совершенно ни желания, ни ресурсов.
– Лера, я знаю, что ты девушка принципов и… вполне возможно, сейчас мои слова совершенно не облегчат то, что творится в твоей душе, но, однако, я постараюсь донести до тебя то, что в моем сердце. Тогда, когда я впервые тебя увидел, – это было задолго до того, как ты облила меня чертовым кофе.
Голубые глаза Леры смотрят на меня с удивлением. Но я не принимаю это в расчет.
– Еще тогда я поймал себя на мысли, что ты выделяешься из числа всех других девушек вуза. Ты была какой-то особенной для меня… Ты не понтовалась, была строга, ты уделяла время лишь учебе. Вела себя сдержанно, и даже на дискотеках тебя не видели. Ты была другой, не такой, каких я знал в своем обществе.
Лера ничего не говорит. Она молча смотрит на меня. Я замечаю, что ее пухлые губы приоткрыты. Она явно удивлена…
– Но почему-то первое впечатление мы никогда не берем во внимание. И мне тогда показалось, что я ошибаюсь. Во второй раз я понял, что ты другая, тогда, когда ты облила меня кофе. Ты защищала подругу и гордо держалась все это время. А со мной… Ты принимала меня таким, каким я себя тебе демонстрировал. Ты не пыталась меня поменять или показать, что мы с тобой в социальном плане разные, нет… Ты показала мне многое, а в ту вечеринку, когда ты меня поцеловала… Я потерял голову. – Слова даются мне с таким трудом, что в горле пересыхает. – Я влюбился в тебя и понял это лишь тогда, когда тебя потерял. Я свято верил, что ты всегда будешь рядом, и добившись твоего расположения, я полагал, что ты никуда от меня не уйдешь. Но ты ушла… А я ошибся. И хочу все исправить.
Опускаюсь на колени перед Лерой.
– С того самого дня, когда мы встретились, в моей жизни все изменилось, вот только понял я это сейчас. Я стал по-иному смотреть на будущее, в котором раньше видел только себя и больше никого, а теперь… Я вижу нас. Я готов меняться ради нас, готов рушить горы и строить заново мосты.
Лера продолжает молча слушать меня, а в ее глазах слезы.
– Ты ярче любых звезд на небе. Ты настолько захватывающая, что прыжок со скалы кажется мне детской забавой. И только повстречав тебя, я понял, насколько моя жизнь была никчемной и бессмысленной. Только рядом с тобой я ощущаю себя по-настоящему живым. Ведь… Ты научила меня радоваться мелочам жизни. Ты научила меня быть сильным.
Лера сжимает губы, а я пытаюсь дотронуться до ее рук. Они холодные. Но… я не отступаю от намеченного пути.
– Ты научила меня любить. Любить искренне и самоотверженно.
Между нами молчание. Я его разбиваю:
– Я прошу тебя – прости меня и будь рядом. А я сделаю все, чтобы ты ни на секунду не пожалела, что выбрала меня.
Лера утирает слезу, которая скатывается по ее щеке. Молча присаживается на коленки рядом со мной, продолжая утирать слезы.
– Я… – Ее голос дрожит.
– Я люблю тебя, – говорю я. – И ни на секунду не переставал любить.
Лера облизывает свои пересохшие губы. Ее глаза наполнены слезами, и у меня становится паршиво на душе. Но… Вместо тысячи слов, которые мы могли бы сейчас сказать друг другу, я просто притягиваю ее к себе и крепко целую в губы.
