Зло есть зло.А добро является добром.Кто сказал эту глупость?Этот спор может идти бесконечно, но почему бы и не поспорить для собственного удовольствия? Тем более, если на кону не только кружка пива, но и жизни народичей.Примечания автора:Рассказ-финалист конкурса "Огненные элементы".Самый приятный комментарий, который я получила на конкурсе был примерно следующего содержания: "Взрослые люди о таких вещах спорить не могут!"После чего автор комментария ещё несколько дней спорил с другим на эту тему.И это было прекрасно! (Оба комментатора нежно мною любимы и уважаемы, и прекрасно умеют в самоиронию, если что)Приятного чтения!Тёплого ветра и света в сердцеС любовью, Дарья Фэйр💙
Дверь хлопнула, и муха, завертевшись потоками воздуха, впечаталась в стену. Душный воздух прорезал досадливый вздох:
– Никак не научатся…
Ярко-рыжий парень снял ноги со стола и с интересом обернулся к двери на голос. Он единственный улыбнулся пришельцу, прочие же постарались скорее обратно спрятаться в тарелки и карты. Сразу было видно, что это какой-то благородненький эо, да ещё и маг, как пить дать! Глазищи чёрные, такие, что скулить хочется. И сам такой же. Здоровый, как лось, длинные холёные патлы, дорогое и отвратительно чистое одеяние. И всё глубокого чёрного цвета. Не ходят приличные народичи в таком виде, не ходят! Да любой нормальный народич на одну краску разорится, чтобы такую черноту себе навести. Чистоплюй!
Пришелец ещё раз вздохнул, брезгливо выпустив воздух сквозь сжатые зубы, и прошёл внутрь таверны. Не обращая внимания на рыжего, направился прямо к стойке и протянул руку трактирщику, который, блестя испуганными глазами, уже подавал ему полную кружку самого лучшего пива.
Маг втянул воздух раздувшимися ноздрями над белой пеной, и лицо смягчилось. Трактирщик вздрогнул, когда кружка с грохотом вернулась на стойку. Маг не сказал ни слова, показал жестом повторить, а сам отошёл от стойки и направился в сторону рыжего.
– Что, скучаешь, Ворт? – дёрнул бровями парень.
– Не мне скучать, Арх, – маг, откинув чёрные волосы за плечи, сел напротив.
К столу уже подошла хорошенькая юная девица с двумя кружками. Опасливо поглядела на того, что звался Ворт и стала чуть поближе к рыжему. Арх с наслаждением оглядел белые кружавчики, опоясывающие пышную высокую грудь над корсажем, и одобрительно хлопнул девицу по ягодице. Та дежурно пискнула, но улыбнулась располагающе.
– Нравишься ты им, – криво улыбнувшись, сказал Ворт.
– А то! – усмехнулся Арх, провожая девицу взглядом, и встопорщил короткие рыжие волосы, напоминающие языки пламени, что цветом, что лохматостью. – А ты что, опять маешься? Взял бы себе девицу поразвлечься, пока скучаешь…
– Мне это не интересно, – отрезал Ворт.
– Ну да, ну да, – протянул рыжий и осушил половину своей кружки. – Знаем мы ваши извращения.
Маг в чёрном откинулся на спинку сиденья со своей кружкой и покачал головой, улыбаясь:
– Я поражаюсь тебе, Арх! Столько лет, и тебе ещё не надоело одно и то же?
– А что такого? – хохотнул рыжий. – Имею право. Хороший блуд и хорошее пиво скрасят любую вечность! Вы все такие зануды, что я просто обязан разбавить вашу унылую компанию!
– Что, и я тоже? – маг изогнул густую чёрную бровь.
– Да ты вообще больной! – Арх сморщился и рассмеялся.
– Я тысячу раз тебе это объяснял, Арх… – устало сказал Ворт. Отвёл взгляд и усмехнулся, заметив, как какой-то мужик боязливо отвернулся. – Народу столько набилось…
– И что тебе?
– Боятся.
– Немудрено! Ты рожу свою видел?
– А что с ней не так?
– У тебя лицо, будто ты только что младенца доел! И ищешь, кого ещё на десерт.
Ворт искренне и громко рассмеялся, запрокинув голову и чуть не расплескав своё пиво.
Двое народичей с ближнего стола зазвенели монетами и поспешили убраться.
– Ну вот, побежали, – усмехнулся Арх, провожая взглядом кутающихся мужиков. – Ну и куда ты их, на мороз на ночь глядя? До ближайшего постоялого двора полдня пути!
– Может, и к лучшему… – ровно проговорил Ворт, гоняя ложку по столу.
– Что, опять за свои философии взялся?
– Это не философия, – вздохнул Ворт, так и не оторвавшись от стола, – это – закон мироздания…
– Ну, давай, давай, – подначил его собеседник, – расскажи мне про двойственность понятий добра и зла. А то я так давно не слушал, что соскучился!
Ворт медленно поднял тяжёлый тёмный взгляд, но на рыжего это произвело в два раза меньший эффект, чем на любого другого народича.
– Чего сверлишь? Опять свои пакости собираешься оправдывать?
– Арх, как давно ты возвращался в реальность, м?
– Ты о чём вообще? – озадаченно развёл руками рыжий.
– Я о том, что ты слеп.
Арх зарычал, вскинул в бессильном жесте руки, а затем хлопнул кулаками по столу:
– Эй! Девка! Тащи ещё пива! И мяса давай! Мы тут надолго!
Ворт дёрнул уголками губ, наблюдая, как подавальщица засуетилась, а в зале освободилось ещё четыре стола.
Вздохнул:
– Сколько лет угрохал в политику, а они всё боятся…
– В какую политику, Ворт?! Ты сам-то себя слышал? Набрал себе подпевал, а сам палец о палец не ударил! Сам-то давно в реальности был, а?
– Я, в отличие от тебя, своё дело знаю, – строго посмотрел на собеседника маг.
– Ну-ну, – усмехнулся Арх и схватил за юбку подавальщицу, которая собиралась было улизнуть на кухню, и потянул к себе. – Куда пошла, красотка? Не хочешь себе пламенной любви кусочек? – он усадил потерявшую равновесие девицу себе на колени и беспардонно пощупал грудь.
Та сначала дёрнулась, но потом вспомнила, что этот ей нравится, и лишь опасливо скосила взгляд на мужчину напротив.
– Ну, и что ты мне собираешься доказывать опять, Ворт? – спросил Арх, поглаживая ляжки порозовевшей девушки.
– Ничего… – устало ответил тот и уткнулся носом в почти пустую кружку.
