Мы были в парке, на обычном месте у сарая, ждали знаменитого американского кузена нашего Мэтта.
Он опаздывал. Мэтт сказал, он всегда опаздывает.
— Может, его и вовсе не существует, — сказал Джейк. — Может, Мэтт его просто выдумал.
— Если бы, — сказал Мэтт.
Время шло. Джейк стукал футбольным мячом об стенку сарая. Мы с Мэттом глазели по сторонам, как тысячу раз до того. Здесь была наша территория. Пусть это просто укромный уголок на детской площадке, но мы втроем уже лет пять здесь обретаемся. Сначала мы прятались под навесом от дождя, если он вдруг начинал лить, пока мы качались на качелях или съезжали с горки. А теперь мы просто приходили сюда посидеть и поболтать. Иногда родители детишек, игравших на площадке, косились на нас, проходя мимо по дороге к общественному туалету, но нам было наплевать. Это был наш личный уголок.
Когда мы были еще совсем маленькие, мы в шутку называли себя бандой «Сараи». Название так и прилипло.
— Прибыли, — неожиданно произнес Мэтт.
Я посмотрел в ту же сторону, куда и он.
У входа в парк показался невысокий мальчишка с длинными волосами.
— Это он? — спросил я. — Щуплый какой-то.
— И волосатый, — прибавил Джейк.
— Я же вам говорил, — сказал Мэтт. — Он хиппи.
— По-моему, больше похож на девчонку, — сказал Джейк.
Мэтт засмеялся:
— Не, ты погоди!
Он шел к нам вразвалочку, футболка, джинсы и светлые волосы развевались на ходу, так что он стал похож на кораблик, идущий под всеми парусами. Подойдя к нам, он притормозил, сунул руки в карманы.
— Ну чо, как дела? — спросил он, одарив нас одной из своих нечастых улыбок. — Я — Сэм Лопес.
Тайрон и Джейк что-то промямлили вместо приветствия.
— Стало-ть, это и есть знаменитый сарай.
Сэм расселся на скамейке и огляделся вокруг. Я ожидал очередного фирменного презрительного отзыва, но он одобрительно прищелкнул языком:
— А тут ништяк.
— Нам нравится, — холодно ответил я.
— Ну, и чо тут делается?
— Да ничего особенного, — сказал Тайрон.
— Играешь в футбол? — спросил Джейк. Сэм глянул на мяч, лежащий у ног Джейка.
— Соккер? В Штатах это игра для девчонок.
— Это потому, что в Штатах в нее играть не умеют.
Джейк с силой пнул мяч об стенку.
— Умели бы, если б захотели. — Сэм протянул руку, взял мобильник Тайрона и небрежно продолжил его игру, нажимая на кнопки большим пальцем. — Но дело в том, что мы предпочитаем настоящий футбол — американский. — Сэм вернул мобильник хозяину. — На, держи, ты уже на следующем уровне, — бросил он через плечо.
Он встал, поплевал на руки и поймал мяч, отскочивший от стенки. Подержал секунду-другую, потом резко перевернул. На мгновение, прежде чем упасть, мяч завис, приклеившись к его ладони.
— Глянь-ка. — Сэм встал перед Джейком, разминая плечи расслабленными круговыми движениями. — Вот что такое футбол.
Он пригнулся, уперся руками в колени, посмотрел налево, направо.
— Два! Пять! Девять! Шесть!
Он выкрикивал цифры так громко, что мамашки на детской площадке начали оглядываться.
И вдруг Сэм сорвался с места и понесся по асфальту, словно в танце, отталкивая плечом воображаемых игроков, полуобернулся, принимая длинный пас, промчался еще несколько метров, проскочил мимо детских качелей и подпрыгнул, будто бы торжествующе подбрасывая мяч высоко в воздух.
— Тачдаун! — заорал он. — Победа-а-а!
Он заплясал вдоль металлической ограды, запрокинув голову, бешено дрыгая руками и ногами, точно свихнувшийся волосатый гоблин.
Мы расхохотались. А как еще можно было на это реагировать?
— Псих ненормальный, — сказал Джейк.
— С какой планеты он свалился? — сказал Тайрон.
Сэм снова подошел к нам и плюхнулся на скамейку, тяжело дыша.
— Вот это называется футбол, — сказал он. — Ну, с мячом, конечно, получается еще лучше.
Джейк покачал головой:
— Ты просто чокнутый янки.
— Это ты еще не видел чокнутых. — Сэм вытер нос рукавом.
Невозможно стать директором крупной школы, если не научишься, как говорится, держать удар. Но когда миссис Бертон, мама одного из наших младших учеников по имени Мэтью, сообщила мне по телефону о приезде его кузена из Америки, нельзя сказать, чтобы я могла ее особенно обнадежить.
Школа «Брэдбери Хилл» и так переполнена (наше учебное заведение пользуется большой популярностью), и неожиданное появление маленького американца перед самым началом учебного года не внушало оптимизма.
Но миссис Бертон — крайне целеустремленная женщина. Она объяснила, что Сэм, ровесник Мэтью, остался один на белом свете, и предположила, что эта история может принести полезную рекламу школе.
Полезная реклама… Признаться, это для меня кое-что значит.
По правде говоря, в восьмом классе как раз образовалась вакансия, которую Сэм вполне мог бы занять. Правда, миссис Бертон предупредила, что получить сведения об оценках Сэма не представляется возможным, поскольку его мать (судя по отзывам, весьма безответственная особа) слишком часто переводила ребенка из одной школы в другую, но даже тогда я не прислушалась к тревожному звоночку у себя в мозгу.
И в этом я признаю свою вину. Нужно было, как говорится, действовать более осмотрительно.
