— Успокоилась? — свернув к ней во двор, не спешу разблокировать двери. — Амелина, нам сегодня очень надо договорить это все. Я второй раз этого делать не стану, и наша война с тобой не закончится.— Ты еще не все сказал? — обиженно дергает свой аккуратный носик вверх.— Я еще и не начинал, — откидываюсь на спинку своего сиденья.— Что еще я не знаю? У Яна есть девушка, которую он давно любит?Черт. Сейчас расплачется ведь. Она как огня боялась этих отношений, а тут я подлил масла в эти страхи.Эти наглые, невидящие границ близнецы, переехали в наш город, пришли учиться в наш лицей, кажется, только с одной целью — сделать мою жизнь невыносимой! Но все повернулось совсем не так, как я ожидала. Братья умудрились разорвать в клочья все мои стереотипы о мажорах.
Василина
— Вась, — толкает локтем подруга. — Василина! — чуть повышает тон.
На нас оглядывается недовольный преподаватель. Делаем вид, что внимательно слушаем и даже записываем, но суть лекции ускользает. Я сегодня вообще не могу сосредоточиться.
Звонок бьет по ушам. Морщась, быстро сгребаю все с парты в сумку.
— Чего тебе так не терпелось мне рассказать? Что, две минуты выждать не могла? — закидываю широкий ремешок сумки на плечо.
— Мне написала староста из параллельного. Она сейчас была у куратора и узнала, что завтра к нам в класс придут новенькие, — делится новостями лучшая подруга.
— Да у нас вроде комплект.
— Так у них тоже. Эти особенные какие-то. Ой, — тормозим с ней у лестницы.
И мы такие не одни. Многие в недоумении пялятся на мужчин в спецовках, монтирующих что-то на ступеньках со стороны перил.
— Ну, чего встали? Ребят, не мешаем людям работать. Не мешаем. Пандусов никогда не видели? На занятия бегом, — разгоняет нас куратор.
Вбивая острый каблук в пол, Анастасия Сергеевна быстро уходит. Ничего не понимая, поднимаемся на второй этаж. Зачем нам в лицее пандусы? Странно…
— Да, мам, — нехотя беру трубку. Она просто звонит уже раз в десятый и, если я не возьму, так и будет сажать мне батарею. — Я помню, не переживай, — успокаиваю ее. — Буду вовремя.
Сегодня приезжает бабушка. И это плохо. Маме совсем нельзя нервничать, а ба обязательно выведет. Она, как мой официальный опекун, давно предложила определить маму в лечебницу на постоянной основе, а мне переехать к ней в поселок. Я тогда категорически отказалась. Мама социально неопасна, да и приступы у нее случаются редко, чаще от стрессов, ну или, как говорят сами психиатры, сезонно.
Родителей ее давно в живых нет. Отец погиб почти сразу после моего рождения и из ближайших родственников осталась только его мама, моя бабушка. Есть еще тетка по линии отца. Еще одна причина, по которой я ни за что не поеду жить в тот дурацкий поселок. Мне и здесь хорошо, вся моя жизнь с самого детства завязана на этом городе.
По лицею все шепчутся в недоумении. Много лишних людей суетятся, гремят инструментом, что-то еще сооружают, кроме пандусов. Перила, вот, например, вторые. И куратор нервно на всех огрызается. Становится жутко любопытно, что за важные шишки к нам приедут.
— Может проверка? — шепчет Влада.
— Все равно не срастается. Ладно, поживем увидим. — Но подруга уже улетела в свои мысли. — Влада, тебе там не светит, не пялься, — наблюдаю, как Матвей уперся ладонью в стену недалеко от виска девочки с параллельного. Они мило беседуют, а Владислава губы от ревности кусает.
Подруга уже года два в него влюблена. Мэту пофиг. У него в голове его дурацкие бои и легкие отношения без обязательств. И чего подруга в нем нашла? Еще один наглый мажор и все. До нас, тех, кто учится по грантам, им нет дела, кроме как вносить в свой список побед новые имена… Если успевают запомнить.
Мне вообще не до отношений. Чтобы удержать место, нужно иметь высокий средний балл. Программа в лицее сложная. Сочетать ее с подработкой сложнее вдвойне, но маминой пенсии нам едва хватает, чтобы покрыть расходы на ее лекарства, так что приходится крутиться.
— Василина, — ко мне подходит куратор, — ты же у нас ответственная девочка. Я могу тебя попросить?
— Конечно.
— Завтра на занятия придут новые ребята. Ты не могла бы их сориентировать, что у нас и как? Я утром сама представлю их вашему классу, а потом мне придется уехать.
— Попробую, — вздыхаю в ответ.
— Да иду я! — психует на кого-то, рявкнув в гарнитуру. — Извини, Василин, мне бежать пора. День сумасшедший какой-то! Как мы должны за такое кроткий срок подготовить лицей? Хоть бы за неделю предупредили! — бубнит себе под нос женщина, — Спасибо, — кивает мне и быстро уходит.
Наши парни прилипли к окну на этаже. Тоже стало интересно. Кортеж с мигалками растянулся вдоль лицейской парковки.
— Амелина, а чего от тебя куратор хотела? — пристает ко мне девочка из нашего класса.
— Денег предлагала, а я отказалась.
— В смысле? — хлопает ресницами.
Как ты здесь учишься вообще? В недоумении смотрю на собеседницу.
— Да шучу я. Новеньких буду завтра встречать.
— Ты? С чего это? Ты же из простых.
— Хочешь оспорить, все вопросы к Анастасии Сергеевне, — отшиваю ее.
— Выслуживаешься? — ухмыляется главная стерва нашего лицея после Дашки Киреевой, Ангелина Соболева, дочка мехового магната.
— Вкалываю ради своего светлого будущего, в отличие от некоторых. А чего стоишь ты без папиных денег? — возвращаю ей ухмылку.
— Да уж побольше твоего! — заводится Соболева.
Парни с интересом наблюдают за нашей перепалкой. Зато от кортежа всех отвлекли, а то прилипли к окнам как пятиклассники.
— Это смотря в чем измерять, — подмигиваю Лине и быстро удаляюсь, оставляя последнее слово за собой.
Пусть теперь думает, что я имела ввиду. Дальше красных купюр с прекрасным городом Хабаровском, ее мыслительный процесс все равно не заведет. Зато красивая, а мне красота прокормиться, к сожалению, не поможет.
