Блю подергал вожжами, стал раскачивать экипаж — пони стоял как вкопанный. Джози сидела в кресле и смеялась. Ей даже нравилось, что Бо не позволяет командовать собою.
— Ну давай же, Бо! — крикнула она. — Вперед, Бо!
Бо оглянулся и снова застыл на месте.
— Так не годится, Джози, — сказал ей отец. — Лошадь должна слушаться.
Он взял бич и несколько раз хлестнул Бо по бокам. Бо в ярости взвился на дыбы, пустился галопом по глинистой дороге и проскакал так больше ста ярдов. Потом, невзирая на то, что Блю сильно натянул вожжи, свернул с дороги и помчался через выгон.
— Не сдерживай его, — кричала вслед Джози, — не рви ему рот!
Блю и не пытался сдерживать Бо. Он думал только о том, как бы не вылететь из коляски, и ругался последними словами, когда та подскакивала на рытвинах и моталась из стороны в сторону. Мягкий рот подвел Бо: он не мог по-настоящему закусить удила, и Блю удалось в конце концов повернуть и выехать на дорогу.
Когда Бо снова очутился в загоне, у него слегка кровоточили губы. Джози была возмущена: можно ли так жестоко обращаться с животным!
— Раз он уже в оглоблях, — сказал Блю, — нельзя ему уступать ни на волос, иначе лучше отправить его обратно в буш, к сородичам.
Джози понимала, что отец и Блю правы, но ей хотелось все делать по-своему.
— Возьми меня с собой в коляску, — упрашивала она Блю.
Но тот имел строгий приказ от хозяина не позволять Джози садиться в коляску, пока не удастся обуздать своевольный нрав маленькой лошадки.
И Джози оставалось только ездить взад-вперед в своем кресле по глинистой дороге и покрикивать на Блю, который старался удержать Бо, то и дело срывавшегося на галоп. Понемногу Бо приучали бежать ровной, легкой рысцой, чтобы он привык работать в упряжке.
Колли Максу было разрешено бежать рядом с Бо, и каждый раз, когда пони сбивался в галоп, Макс начинал лаять и кусать Бо за передние ноги. И тот возвращался на заданный аллюр. Таким образом, у Бо с Максом наметилось настоящее деловое сотрудничество.
В приручении дикой лошади наступает переломный момент, когда она перестает сопротивляться и начинает приноравливаться к тому, чего от нее требуют. Этого и ждали сейчас Блю и Джози. Девочка жадно смотрела, как ровно бежит Бо по дороге, и кричала Блю:
— Он стал совсем другим, говорю тебе! Возьми меня с собой в коляску, Блю!
Наконец Блю решил, что долгожданный момент настал — у Бо началась эта таинственная внутренняя перестройка и пони окончательно забыл о беззаботных днях в буше. Блю сообщил Эллисону, что теперь можно бы прокатить и Джози.
А Джози к тому времени уже сама научилась выпрягать Бо из коляски и уводить в загон, держа за повод. И пони покорно шел за ее креслом. Она научилась даже запрягать его, поднявшись на специально для этой цели построенное возвышение. Пони теперь сразу выходил к ней, когда она подъезжала к загону и кричала: «Бо, иди сюда сию минуту!»
— Все это хорошо, — говорил Блю, когда они с хозяином усаживались в коляску. — Но в нем еще куча всяких сюрпризов. Он уже не такой пугливый и коварный, но, похоже, он только и ждет случая отколоть номер.
Однако рука Эллисона, державшая вожжи, была достаточно твердой, и пони не удалось бы его перехитрить. Бо мирно, слушаясь вожжей, рысил взад и вперед по дороге, точно старый батрак, привыкший беспрекословно подчиняться хозяину.
— Да-а-а, — протянул раздумчиво Эллисон, останавливая пони. Он, конечно, знал, что Бо далеко еще не так послушен, как кажется. — Что ж, давай теперь ты, — предложил он дочери.
Джози подъехала к коляске, Блю поднял ее и посадил рядом с Эллисоном. Она живо выхватила из рук отца вожжи и, прежде чем он успел что-нибудь сказать, крикнула:
— Вперед, Бо! Вперед!
Бо послушно пошел легкой рысью. Но Джози не терпелось ехать быстрее.
— Не гони его. Будь осторожна, — сказал отец.
Все шло хорошо, пока они не поравнялись с деревьями у поворота дороги. Едва они повернули, как навстречу им показался «крейслер» миссис Эйр, возвращавшейся от соседей. Не слушаясь вожжей, Бо спокойно бежал прямо навстречу «крейслеру». Он проскочил мимо машины буквально в нескольких дюймах. Эллисон схватил вожжи и натянул их так, что Бо чуть не сел на задние ноги. Только тут он остановился.
— Что за глупый звереныш! — воскликнула миссис Эйр.
— Ты сама напугала его, мама, — сердито возразила Джози.
— Но ведь это очень опасно!.. — возмущалась мать.
Эллисон молчал и о чем-то думал. Потом он сказал Джози, что, по-видимому, Бо пока еще не чувствует ширины коляски.
— Будь очень осторожна и сама рассчитывай расстояние — проскочишь или нет, потому что он его не чувствует пока. Позже он, конечно, научится сам определять ширину коляски вместе с колесами, а сейчас все это для него сплошная загадка.
— Знаю, знаю, — нетерпеливо отвечала Джози, сгорая желанием ехать дальше. — Он просто растерялся.
— А ты не давай ему теряться. В нем сидит маленький бесенок, и его так и тянет выкинуть какой-нибудь номер. Просто так, для забавы. Ни в коем случае не давай ему воли. Для ездовой лошади это очень опасно.
— Ладно, — отмахнулась Джози.
