Способность любить полностью

Описанная выше любовь сильно отличается от любви, когда мужчина говорит о своих стремлениях и желаниях, связанных с определенной женщиной. Мы обычно воспри­нимаем его слова как речь о любви, но на самом деле он говорит о совершенно ином. Обычно он едва знает женщи­ну, провел с ней мало времени, и его отношения с ней поверхностные, хотя и многообещающие. Он говорит не о любви, а о своем желании любить и быть любимым.

Желать легко. Желание так же естественно, как дыха­ние, и в такой же степени является признаком жизни. Тем не менее существует большая разница между желанием чего- то, чего у нас нет, и продолжением желания, когда мы по­лучили желанное. Продолжать желать, беречь это свое же­лание — значит установить отношения, породить привя­занность, иными словами, любовь.

С этим связаны все аспекты личности. Для этого необ­ходимы гибкость, устойчивость, готовность работать для достижения долговременных целей. Необходима надежная шкала ценностей. Чтобы сделать отношения, которые мы называем любовью, устойчивыми и постоянными, мечты и фантазии должны уступить место способности иметь дело с реальной жизнью. Для этого умение жить необходимо не меньше, чем умение любить.

Вот почему только зрелость приносит с собой подлин­ную свободу любить. Когда мы достигли зрелости, нами не движет только одно стремление, каким бы важным в жизни оно ни было. Став зрелыми, мы выше всего ценим не достижения, власть, материальное обладание, даже не работу. Мы любим все аспекты своей жизни, но не одер­жимы ими. Мы не движемся к единственной цели по ско­ростному шоссе, с которого нет съездов. Самыми ценны­ми мы считаем отношения с людьми, и среди них макси­мальное удовлетворение приносит взаимная любовь муж­чины и женщины.

Когда зрелые люди верят, что их любовь такая, они берегут ее. Они отдают ей все самое лучшее. Признак зрелости — беречь то, что у вас есть, и понимать, когда вы счастливы.

Как можно распознать способность к зрелой любви? Мы все считаем свою способность любить чем-то само собой разумеющимся. Мы не сомневаемся в ней, не анализируем ее, не сравниваем со способностью любить у других. Мы предполагаем, что, когда появится подходящий человек, мы его полюбим.

Иногда мы сомневаемся в том, способны ли любить дру­гие. Окружающие могут показаться нам слишком сложны­ми. Но себя большинство считают понимающими, способ­ными давать и любить, хотя факты часто не подтверждают такое наше представление о себе.

Способность любить нельзя измерить с помощью ком­пьютера. Нет психологического текста, который показал бы наш коэффициент любви, как в известном всем тесте опре­деляется коэффициент интеллекта. Однако в жизни каждо­го из нас бывают обстоятельства, когда нам нужно больше знать о своей способности любить, как возникает любовь, как растет, какие у нее могут быть недостатки и как ее улуч­шить. Но для понимания этого необходимо знать некото­рые факты.

Первый достойный внимания факт не очевиден в отно­шениях взрослых, но становится очень ясным и заметным, когда мы наблюдаем за детьми. Факт заключается в том, что мы не рождаемся с готовой, завершенной способнос­тью любить.

Любовь — это то, чему мы учимся. Это продукт жизнен­ного опыта, многочисленных переживаний, большинство которых происходит в жизни очень рано. Некоторые из нас могут вспомнить детскую первую любовь, возможно, к учительнице или к лучшему другу. Мы можем навсегда запомнить какого-нибудь взрослого или другого ребенка за какой-то добрый поступок или утешение. Но это скорее исключения. Наши первые шаги в любви, как и вообще первые шаги, делаются в том раннем возрасте, когда нет еще слов и памяти. Мы видели, как Фрейд интерпретиро­вал эти первые проявления любви.

Как мы помним, эти первые опыты любви связаны с вегетативными функциями, с едой, удалением, сном. Мы все проходим через одинаковые стадии в освоении этих функций. Однако на каждого из нас этот опыт действует по-своему, индивидуально.

У каждого из нас с рождения свой набор родителей, бра­тьев и сестер, свой круг жизненных обстоятельств. К тому же существуют меняющиеся элементы. Опыт, вполне тер­пимый на одной стадии развития, на другой может быть болезненным. На какой-то период детства может прийтись болезнь или несчастный случай, болезнь или отсутствие кого-то из родителей, смерть любимого дедушки. Ребенок не понимает отсутствия, смерти. Когда человек, которого ребенок любит, исчезает, многие дети считают, что он про­сто ушел, бросил их, потому что больше не любит.

Мы должны учитывать весь этот индивидуальный опыт как часть обучения любви. И каждое переживание оказы­вает особое, индивидуальное воздействие в зависимости от того, какова личность того, кто это переживает, в каком возрасте происходит переживание, какими знаниями и опытом уже обладает личность. Очевидно, еще не изобре­тен компьютер, который смог бы оценить эту высоко ин­дивидуальную сумму опыта.