— Я не знаю, что мне сказать, если ты не веришь мне. Нам действительно не следует обсуждать это по телефону.
Рикард явно слетел с катушек. Его требовалось остановить как можно быстрее. Если он вдобавок еще и спутался с полицией, то наверняка был еще большим придурком, чем Юхан мог себе представить.
— Чего он хотел? — спросил Юхан.
— Прежде всего денег. Ты же говорил, что разберешься с ним.
— Я знаю, но нам не стоит обсуждать подобные вещи по телефону. Я решу все, — сказал он. И на всякий случай, если Рикард или полиция слушали, добавил: — И он получит свои деньги. От меня.
Анна сидела на диване и пыталась сосредоточиться на сериале, который смотрела. Однако ее мысли постоянно сменялись более мрачными и непосредственно связанными с реальностью.
Она опять сказалась больной, поскольку посчитала абсолютно невозможным для себя пойти на работу. Ведь размышления о Флюгере, Рикарде, Магнусе и Юхане с его допросом в полиции ни на секунду не оставляли ее. Впадать в панику было лучше дома, сидя в собственной гостиной, и этим она занималась все утро.
Сначала она собиралась оставить детей дома, но Сири не хотела пропускать школу, да и Сикстен в кои-то веки особенно не возмущался относительно необходимости идти в детский сад. Анна решила потратить это время с пользой для себя, но уже ближе к десяти часам начала бояться, что проплачет весь день и не сумеет взять себя в руки к тому моменту, когда нужно будет идти за детьми. Все эти чертовы мужчины слишком плохо влияли на ее состояние. И она уже не надеялась когда-нибудь зажить нормальной жизнью.
С одной из стен на нее смотрел Магнус, взгляд у него был игривый, такой он обычно использовал, когда его фотографировали. Это был их первый семейный портрет, где они фотографировались все вместе. Сикстен тогда только вышел из младенческого возраста, и на снимке они выглядели счастливыми, прямо-таки идеальная семья. На самом же деле Сири зарыдала из-за потерянной соски сразу же после того, как фотограф нажал на кнопку, но так ведь всегда случалось с детьми. Однако сейчас она сидела здесь, а Магнус, похоже, уже покинул мир живых.
Известие о том, что он с вероятностью девяносто процентов уже покинул этот мир, стало для Анны более тяжелым ударом, чем она могла себе представить. Хотя чему тут было удивляться, он все-таки был отцом ее детей. И, похоже, она втайне надеялась, что однажды он вернется домой и они заживут как прежде, словно ничего и не происходило. Магнус успокоится и, может быть, даже извинится. Он, конечно, отвратительно обошелся с ней, но, пожалуй, можно было бы считать, что теперь они квиты.
А что, собственно, она думала о случившемся с Магнусом до того, как заявился Рикард и озвучил, пусть и намеками, наихудший из возможных вариант развития событий?
Что он полетел на Майорку? Или отправился в Прагу с целью развеяться?
В любом случае смерть Магнуса не оставила ее равнодушной. Если он действительно умер, то Юхан ведь явно солгал. Что-то он ведь все-таки знал.
Анна попробовала разные положения на диване. Ни одно не показалось ей удобным. Мысли так и не удалось успокоить.
Существовало только одно средство, которое смогло бы ей помочь и заглушило бы беспокойство.
Пожалуй, это была глупая идея, но речь в прямом смысле этого слова шла о жизни и смерти. И Анна не могла позволить себе сейчас сдаться.
Она взяла свой мобильник с дивана и отправила сообщение Каю.
«Я на грани срыва. Ты не мог бы прийти?»
Ответа пришло ждать не больше минуты.
«Сейчас?» — написал он.
«Сейчас», — подтвердила она.
Двадцать минут спустя в ее дверь постучали.
— Я отменил все встречи, — сообщил Кай, когда она впустила его. — Порой можно извлечь пользу даже из чертовой болезни.
Он снял верхнюю одежду и аккуратно поставил ботинки на полку для обуви.
— Итак, чем займемся? — спросил он.
Анне показалось, что он выглядел смущенным. И это было неслыханно приятно. Она видела его таким только однажды, и ему это чертовски шло.
— Пошли, — сказала она и, взяв его за руку, повела в спальню.
Кай спал и тихо похрапывал, лежа спиной к ней. Он оказался более волосатым, чем она представляла, но это было нормально. Магнус по сравнению с ним выглядел почти лысым, у Юхана же хватало растительности на теле, но волосы были светлыми, почти белыми. Она провела двумя пальцами вдоль позвоночника Кая и он пробормотал что-то нечленораздельное и заворочался, но не проснулся.
Она приняла хорошее решение.
Кай стал для нее чем-то вроде антидепрессанта.
Анна посмотрела на него. Он выглядел ужасно милым, когда спал. Из-за больших век напоминал куклу, несмотря на свой возраст.
Как быстро все случилось.
Между ними установились странные отношения после того, как они ели пиццу вместе. Для обоих свидание не прошло бесследно и наложило свой отпечаток на все последующие дни. Они больше не встречались наедине, и Анна едва осмеливалась смотреть на него в присутствии коллег, поскольку боялась покраснеть. Но, когда их взгляды все-таки встречались, она чувствовала, что между ними существовало обоюдное влечение.
