— Если мне такие деньги предлагаете, то верно шкатулка-то какая-нибудь волшебная! Стоит гораздо больше! Как бы пожалеть потом не пришлось! Так ведь? — заключил я, старался сдерживать себя изо всех сил в рамках внешнего спокойствия и хладнокровия, но голос дрогнул.
— Нет! — твёрдо ответила ведьма.
— Почему нет? Что нет? — удивился я. — Зачем тогда она вам? Что в ней такого ценного? Если скажете, подумаю над вашим предложением. Иначе, пока не скажете, не продам!
— Милок! Всего лишь, как память дорога! — ведьма прикинулась обиженной и даже попыталась пустить слезу. — Ты видишь, какая я старая! На глупости у меня давно времени нет. Не знаю, сколько мне осталось.
— Врёшь ты мне, бабка! — пришло время и мне уличить старую во вранье. — Врёшь всё! Изворачиваешься!
Неизвестно, чем бы всё это закончилось, но я был настроен весьма решительно. Во- первых, приметил кое-что краем глаза. Справа, в углу, около низких дверей, находятся черенки каких-то домашних приспособлений, вроде деревянных лопаток и ухватов. Так между делом. Возможно, придётся отбиваться ухватом. Во- вторых, двери-то близко.
Да хоть бы и так! Кто же знал, чем для меня обернётся весь этот странный поход с базара к ведьме в гости! Но только здесь я могу узнать секрет шкатулки! Это очевидно! Это главное!
Я даже не подозревал о том, какой силой обладает эта дряблая колдовка. И оставаться здесь дальше, неминуемо, значило бы, подвергать себя настоящей смертельной опасности. А всему виной маленькая шкатулочка. Скоро! Очень скоро я увижу, какая сила подвластна столетней старухе! Об этом ещё впереди.
Убегать не думал, тем более ведьма должна со мной рассчитаться, но поскольку у меня также был свой интерес по поводу секрета шкатулки, о которой старуха явно что-то знала, но скрывала и не договарила, я не торопился покидать избёнку, выжидал время.
То, что случилось вслед за этим, не могло бы мне присниться и в самом страшном сне.
Лицо старой искривилось и потемнело, как будто бы она целиком проглотила раскушенный перец или живую жабу.
Старуха вдруг закрутилась вокруг своей оси, как юла, проявляя чудеса невиданной прыти. Быстро-быстро перебирая ногами по полу. Последнее, что я увидел, это как бабка склонилась в три погибели, поймала что-то руками у собственной шеи на верёвочке и закусила это что-то беззубым ртом, как таблетку, но не глотая.
— Эй! Бабуся! Что с тобой? — успел вскрикнуть я в неподдельном ужасе.
Сомнений нет. Только что на моих глазах совершался какой-то древний колдовской ритуал.
На меня сначала накатила неприятная волна. Сквозь еле заметную пелену, я заворожённый, не отрываясь, стал наблюдать за ведьмой.
Тотчас после загадочного кружения, платок пропал. Остатки жиденьких волос отделились от затылка и седой с проплешинами головы, словно слизнуло. Голова старухи оголилась совсем перед тем как появились первые новые чёрные жесткие волосы. Лысый череп очутился под чёрной густой шевелюрой, как будто кто-то мастерски накинул поверх несуразный лохматый парик. Несоответствие в этой ситуации головы и волос кричало. Верхняя одежда и юбки исчезли после серого платка. Перед юношей предстала согбенная в зелёных пупырышках голая спина оборотня, что обросла шерстью. Жёсткий чёрный волос с невероятной скоростью увеличился в размерах, создал звериный покров на морщинистой коже. Разбух, как сухарь, кинутый в воду.
— О, боже! — воскликнул и побледнел я в эту минуту. — Оборотня мне ещё не хватало!
Перемена облика ведьмы началась и продолжалась довольно бурно. Распространяясь, как цепная реакция по клеткам, преимущественно расползаясь на грудь и ноги. Белое лицо смазалось и почернело, обросло на глазах с затылка и со спины густой чёрной шерстью. Точно также покрывались руки от плеча до локтя и дальше. Скоро вместо человеческих дряблых ладоней и палец с ногтями ещё более крупными, чем были у ведьмы, на свет появились настоящие лапы с толстыми длинными когтями. Эти когти увеличились и превратились в когти крупного хищного животного. Скоро суровые черты этого животного стали вполне узнаваемыми. Голова становилась всё больше похожей на медвежью. Из почерневшей маски лица сам собой выпрямился нос. Утолстился. Превращение из человека в медведя происходило частями, но весьма прогрессивно и наглядно. Со стороны уже при средних стадиях легко стало понятно, какой зверь появится.
За минуту вместо старой согбенной годами пожилой женщины передо мной возвышался горой, едва поместился в низенькой избёнке, вполне живой реальный не маленьких размеров бурый медведь.
Вероятно, любой психически здоровый человек от такого явления потеряет дар речи. В полном ужасе, я шарахнулся на ватных ногах к спасительным дверям и упёрся в стенку. Казалось, душа уходит в пятки. Я потерялся в пространстве и кинулся мимо дверей. Это не мудрено! Никогда мне ещё не приходилось видеть лесного зверя так близко.
