- Не люблю маленьких помещений, - сказал Холодовский. - В них невозможно думать.
- Я привык, - сказал Кедрин. - В маленьком помещении мысль всегда ищет выхода на простор. И находит.
- Я могу думать только на просторе. В доке. Или в кают-компании, когда она не занята. Только она всегда занята. Тесный спутник.
- По-моему, нет.
- Тесный. Мысль о природе запаха впервые пришла ко мне в кают-компании. Додумал я гипотезу в порту. Спутник тесен. Он уже устарел, по сути дела. Задачи растут. И все устарело. Скваммеры... Реликты!
- Хоть ты мне объяснишь, что такое запах?
- Электромагнитные колебания в микронном диапазоне.
- Это все знают. Но каким образом здесь?
- В скваммерах возникает запах. Иными словами, излучение проникает в скваммеры. Запах вызывает потерю сознания. Утрату контроля. Запах возникает не всегда, его нельзя предусмотреть. Был один способ борьбы: при первых же признаках укрыться в спутник. Дело страдало.
- А теперь? :
- Теперь дело не может стоять. Всегда у нас был резерв времени. Сейчас этот резерв со знаком "минус".
- Значит, работать, рискуя потерять сознание?
- Потерявший сознание не может работать, - безучастно сказал Холодовский. - Элементарная логика: колебания могут проникать в скваммеры только из пространства. Нужна экранировка: или скваммеров, или пространства. Что бы вы выбрали?
- Скваммеры, - сказал Кедрин.
- Неверно. Мы ограничим подвижность скваммеров. Это невозможно. Остается только заэкранировать рабочее пространство.
- Гигантская работа.
- Другого выхода нет. Надо знать лишь, откуда приходит излучение.
- Это пока неизвестно?
- Пока нет. Сейчас ведется экранирование участка, который я считаю наиболее опасным. Все делается в соответствии с моей гипотезой.
- Она подтвердилась?
- Подтвердится. Ничего другого ей не остается.
"Уверенности надо учиться у Холодовского, - подумал Кедрин. - Таким не страшно пространство".
- Мы не можем терять времени, - говорил Холодовский. - Они ждут.
- Успеем?
- По старой технологии - нет. Разрабатываем новую на ходу.
- Но это невозможно! Для перепрограммирования необходимо остановить процесс. А это замедлит...
- Мы не программируемся - мы мыслим, - сказал Холодовский. - А мыслить можно и за работой. И менять все на ходу. Завтра кончаем пузырь. И сразу заложим корабль. Длинный корабль. - Он произнес эти слова с нежностью. Звездного класса.
"Черт его знает, - подумал Кедрнн, - что-то в этом есть! Звездного класса. Да, что-то есть!.."
- Мы возьмем его с двух сторон, - сказал Холодовский. - Параллельным монтажом. Это мысль Гура. Между прочим, он нашел ее в пространстве. Он любил думать, вися в пространстве. Там он набрел на лучшие свои фантазии.
- Почему фантазии?
- Он прогносеолог - борец с отсутствующими звеньями. Hayка проходит путь шаг за шагом. Прогносеология совершает прыжки. И вот он может висеть в пространстве целыми часами и думать, пока хватает ресурсов. Только сейчас у нас нет свободного времени.
- А о чем думаете вы?
- Моя специальность - раум-физика. Только об этом и стоит думать, Теория запаха в вакууме - неплохой вклад в раум-физику. Для чего еще стоит жить?
- Для любви, - сказал Кедрин, потому что он подумал: для любви.
Холодовский коротко усмехнулся.
- Любить надо физику. Вообще - свое дело. "Ну, конечно, и это тоже, подумал Кедрин. - Но что нужно Холодовскому?"
Холодовский взглянул на него и усмехнулся.
- Ты прав, мне что-то нужно. Вернее, не мне. Все-таки было очень хорошо получить твою помощь при расчете аппаратуры предупреждения. Ты сможешь помочь Дугласу в конструировании?
- Конечно, - сказал Кедрин. - Только без "Элмо" я не очень привык.
- Кое-какие машины у нас ведь есть.
- Что ж, это лучше, чем ничего.
- Так вот, сейчас смена собирается в кают-компании, а мы потом решили встретиться у Гура. Уйти в свободный полет. Так он называет это. Мышление как будто бы без определенной цели, но на самом деле самыми неожиданными путями приводящее к нужному результату.
- Это интересно - свободный полет...
- Так вот, мы ждем, что ты через час зайдешь.
- Не поздно?
- Нет, у нас свой режим. Мы называемся - Особое звено. Вот такие вопросы, вроде запаха, обычно достаются нам.
- Значит, вы не работаете на монтаже?
- Почему же? Как и все...
- Тогда вам приходится работать больше всех.
- Что может быть лучше - знать, что ты отдаешь больше других?
- Это правильно, - сказал Кедрин.
Холодовский вышел, и Кедрин вскочил на ноги. Вечер в кают-компании. А он сидит в каюте и думает неизвестно о чем.
