Никого из высоких гостей не смутило, что они сидят за одним столом вместе с простыми солдатами-наемниками, ведь они были представлены всем собравшимся как звездные дворяне и подданные Звездного Князя и во многом именно благодаря им был обеспечен успех предстоящей операции по освобождению Бидрупа. Но вот для Ратмира Ветра казалось совершенно невероятным то, что Богуслав Вихрь, старейший из жителей его мира, чье правление на Руссии уже стало величиной постоянной, не только лично представил его президенту Валгии, но даже сам смешал для них в жестяных кружках по доброй порции "Ракетного топлива" и выпил за дальнейшие успехи своего офицера, но уже как звездного дворянина.
То, что даже командующий корпуса спецназа не был включен в свиту Богуслава Вихря и он прибыл на "Молнию Варкена" взяв с собой только своего адъютанта, генерала Романа Вепря, заставляло сердце Ратмира радостно трепетать. Однако, Богуслав был, не в пример некоторым его клевретам, прост, общителен и не проявлял никакого высокомерия в отношении своих сограждан. Он весело шутил, смеялся сам над чужими остротами и даже подбил своих сограждан на то, чтобы спеть хором старинную, застольную песню-здравицу в честь Звездной Княгини Руниты Антальской.
Каково же было его удивление, когда "Чарушку", исполняемую на руссийском, с невероятным азартом подхватили на этом же языке, считавшимся одним из самых сложных в галактике для изучения, сразу шестеро антальцев – Натали Калвиш, Эд Бартон, Серж Ладин, Бэкси, Нэкс и Кайор. После этой песни, старик сам подсел к Нафане, который в последнее время очень сильно сблизился с Нэксом и внимательно слушал его пространные пояснения относительно знания антальцами их родного языка и старинных песен.
Руссийцы совсем обомлели тогда, когда миниатюрная графиня ант-Калвиш со страстью и невероятным мастерством исполнила для них еще несколько старинных уже не руссийских, а чисто русских песен. Ну, а когда Серж Ладин исполнил веселую, немецкую, старинную солдатскую песню, каждое слово которой было понято валгийцами, те тоже пришли в настоящий восторг. Веселья всем добавил Алмейду Сантуш, когда мидорский полковник буквально оцепенел, узнав о том, что на Гее, в Швеции тоже поют песни на его родном языке. Маленький, чернокожий гейанец сразу же оказался в центре внимания и то, что он превосходно знал девять языков своего удивительного мира и мог петь на них, поставило его вне конкуренции на этой вечеринке.
Веселье шло не только на борту "Молнии Варкена". Примерно такая же обстановка царила и на штурмовых крейсерах, хотя в ограниченном пространстве десантных отсеков было весьма затруднительно развернуться. Однако, поскольку боевые кресла легко складывались и убирались в переборки отсеков, это позволило накрыть импровизированные столы. Солдаты, которым выпало трое суток на подготовку, решили, что прибытие к Бидрупу стоит хорошенько отметить. Помимо сытных солдатских пайков, заправленные под завязку кулинарные комбайны позволяли им разнообразить меню редкими деликатесами и самыми разнообразными прохладительными напитками. Так как все эти крейсера с первого же дня были переданы Анталом его союзникам, то на их борту вовсю хозяйничали мичмана космофлота, а стало быть космодесантники и сенситив-коммандос не испытывали недостатка в главном компоненте таких вечеринок – семилитровых, оранжевых канистрах.
Офицерский состав, который был размещен в четырехместных каютах, так же не стал засиживаться этим вечером в своих крохотных норках и собрался в кают-компаниях, чтобы хорошенько обмыть свое новое и самое роскошное приобретение – Защитников. Хотя никто из отцов-командиров не приказывал им провести специальные мероприятия по поддержанию боевого духа, никто так же не вводил приказом сухого закона перед боем, а потому офицеры вполне миролюбиво отнеслись к инициативам, проявленным их подчиненными. Солдатам нужно было дать как следует оттянуться перед грядущей битвой. На то, что эта бой будет жестоким, указывало уже то обстоятельство, что каждому из них пришлось сдать образцы плоти для клон-восстановления. Это нисколько не портило настроения и лишь придавало остроты вечеринке, устроенной за несколько суток перед боем.
Самыми веселыми оказались вечеринки на трех из тридцати пяти крейсеров – мидорском, дурфанском и терилаксийском крейсерах. Каждому из этих миров было передано Анталом по тяжелому, десантно-штурмовому крейсеру, который имел броневую мощь ничуть не уступающую линкору-призраку, а огневая мощь крейсеров вообще превосходила главную ударную силу галактического космофлота в несколько раз. Этому способствовали целых пять тяжелых антиматов и прочие боевые системы. К тому же в трюмы крейсеров могло поместиться до четырех десятков тяжелых десантных космоботов, каждый из которых гораздо больше походил по вооружению на легкий штурмовой крейсер, но сейчас трюмы были заполнены совсем другим оборудованием.
