Над старым, позабытым уж стихомСтоят две буквы — милой девы имя,И сердцу говорят они тайком;Ее уста сливалися с моими.Давно в могиле превратились в прахИ тела шелк, и синих глаз сиянье,И только лишь в одних моих стихах —В моих стихах — ее существованьеЕще продлиться может краткий срок:Всему предел положен справедливый!О, этих букв я вычеркнуть не мог,Окаменев в кощунственном порыве!19 мая 1943 года. Челябинск<p>«Как сладостно не быть — распасться в вещество…»</p>Как сладостно не быть — распасться в вещество,Во прах, в материю, все помыслы утратить,Все чувства потерять, и духа естествоИзъять из злобных и кромсающих объятий!..Уйти в бездумный тлен! Сокрыться от лучейЧерносжигающего, черствого светилаИ стать ничем, в безлунной тьме ничьей,Дабы небытие всецело поглотило.Ты был иль не был там, а сумма всё одна:Чередование восторгов и забвенийНа древнем кладбище, куда схороненаВсеразъедающая горечь вожделений.25 мая 1943 года. Челябинск<p>Мера жизни</p>Часами я сижу за препаратомИ наблюдаю жизни зарожденье:Тревожно бьется под живым субстратомКомочек мышц — о, вечное движенье.Движенье — жизнь. Сложнейший из вопросовНо все догадки — всуе, бесполезны.Возникло где? Во глубине хаосов?Пришло откуда? Из предвечной бездны?Бессилен мозг перед деяньем скрытым:Завеса пала до ее предела:Здесь времена космические слитыВ единый фокус — клеточное тело.Я тон усилил до органной мощиКатодной схемой, — слышу ритмы струек:Несуществующее, а уж ропщет!Неявленное, а уж протестует!Должно быть, жизнь — заведомая пытка —В зародыше предвидит истязанье:В развертыванье жизненного свиткаЗвучит по миру жгучее страданье.Но страшны тоны сердца, и тревогаЗа бытие земное не случайна.Да, мера жизни — это мера БогаИ вечно недоступная нам тайна.30 мая 1943 года<p>По Феогниду</p><p>1. Раб</p>Гордо главы не носить порожденному в черной неволе:Согнута шея раба, гнется затылок его.Нет, гиацинту и розе не цвесть на колючем бурьяне —Так и свободным не быть жалкому сыну рабы.<p>2. Смерть</p>Право, для смертного лучшая доля — совсем не рождаться,Солнца палящих лучей лучше не видеть совсем,А коль родился, скорее к блаженным Аида воротам:Сладко во гробе лежать, черной закрывшись землей.Май 1943 года. Челябинск<p>Сократ</p>Загадочны судьбы закрученные путы,Темно грядущее, и правда далека:Постичь тщету, перешагнуть векаИ, славословя, выпить яд цикуты!3 июня 1943 года. Челябинск<p>«Немного любит тот, кто любит меру…»</p>
