На Гонолулу вечная весна,Цветут лимоны, зреют ананасы,И нежно плещется волнаО берега песчаного атласа.На горизонте Тихий океанОберегает сон лазурного залива,Чтоб весело росли и кактус, и банан,И серебристо-смуглая олива.Малайка с медно-бронзовым лицомБежит стремглав в бамбуковую рощу,Где ждет ее, блестя в носу кольцом,Любовник-негр — смешной и тощий.Как на палитре — ярко и свежо, —Лежат на рынке фрукты, зелень, рыба.Метис-мальчишка пляшет под банжо,А голый нищий спит, как каменная глыба.У финиковой пальмы опахалоГлядится в синеву глубоких вод:Там крючья рифа алого коралла,Там рыба-дьявол жертву ждет.А ночью в бархат неба вколотыСапфиры необъятных звезд,И по воде струится золото,Напоминая лисий хвост.Всё это иногда мне снится,Когда в февральскую метельВорвется перелетной птицейВесны хрустальная капель.Февраль 1953 года<p>«Не сидеть мне больше на опушке…»</p>
Ал. Аким. Беспалову
Не сидеть мне больше на опушке В скалах над водой,Не спускаться к ласковой избушке По тропе крутой.С другом-лайкой не бродить вдоль просек В лиственной пурге,Без меня развешивает осень Флаги по тайге.Не сбивать кедровых спелых шишек, Не палить костер.Был любви и радости излишек, А остался сор…Желтый пух от лиственниц метется, Запах пихты прян,Неужели в памяти сотрется Тот лесной дурман?Опрокинуты и лес, и скалы В ясной глубине, —В мире нет прозрачней вод Байкала, Разве что во сне?Синевою неба осиянный, Но суров и дик,На вершине у Хамар-Дабана Снежный воротник.Красных лилий стройные бокалы Видят этот снег…В смертный час просторами Байкала Улечу навек.18 октября 1953 года<p>Сестре</p>В синем сумраке зимнего вечераЯ бродила по стежкам аллей,Но любимую я не встретила,Только вздохнула о ней.За осиновым тыном пленница,Как могу я тебя найти?И однако, порою мне верится,Что судьба нам проложит пути,Что наступит желанная встреча,И под липой в медвяной тениПоложу тебе руки на плечиИ услышу про тяжкие дни.И счастливые, рука об руку,Мы пойдем в неизвестную даль,Где сквозное лиловое облакоРастянуло над пашней вуаль.Будет радостно, будет горестно, —Снова вместе, но короток путь,И нисколько не станет совестноИ поплакать, и тяжко вздохнуть.А пока меж сугробов глубокихТерпеливо хожу взад-вперед,И солдат с темной вышки высокойЗорким глазом меня стережет.Ноябрь 1953 года<p>Быть может</p>
