По вечерам над соловчанамиВесенний воздух мглист и сыр.И правит окриками пьянымиСуровый ротный командир.А там, за далью принудительной,Над пылью повседневных скукСЛОН серебрится упоительныйИ раздается чей-то «стук».А дальше, за постами самыми, —Касаясь трепетной руки,Среди канав гуляют с дамамиРискующие остряки.И каждый вечер омрачающимТуманом полон небосклон,И я опять неубывающимОстатком срока оглушен.А рядом, у дневальных столиков,Проверок записи торчат,И ротные, противней кроликов,«Сдавайте сведенья» кричат.И каждый вечер в час назначенный,Иль это только снится мне,Девичий стан, бушлатом схваченный,В казенном движется окне.И, медленно пройдя меж ротами,Без надзирателя — одна,Томима общими работами,Она садится у бревна.И веет тягостным поверьемМетелка в узенькой руке,Полна Особым НазначеньемНога в болотном сапоге.Сибирь и минусы склоненныеВ моем качаются мозгу.И сроки длинные, бездонныеЦветут на синем берегу.Глухие тайны мне поручены,Мне чьи-то сроки вручены,И все души моей излучиныОсенней скукою полны.<p>Игорь Северянин</p><p>В северном коттедже</p>
Я трибуналом обусловнен,
Коллегиально осужден.
Среди красот полярного бомондаВ десерте экзотической тоски,Бросая тень, как черная ротонда,Галантно услонеют Соловки.Ах, здесь изыск страны коллегиальной,Здесь все сидят — не ходят — а сидят.Но срок идет во фраке триумфальном,И я ищу, пардон, читатель, blat.Полярит даль бушлат демимоденки,Вальсит грезор, балан искрит печаль,Каэрят[8] дамы — в сплетнях все оттенки,И пьет эстет душистый вежеталь.Компрометируют маман комроты,На файв-о-клоках фейерея мат.Под музыку Россини ловит шпротыБольшая чайка с занавеса МХАТ[9].Окончив срок, скажу: оревуар,Уйду домой, как в сказочную рощу,Где ждет меня, эскизя будуар,За самоваром девственная теща.<p>Сергей Есенин</p><p>Недошедшее «Письмо к матери»</p>Ты еще жива, моя старушка,Жив и я. Привет тебе, привет…Получил в посылке я подушкуИ цилиндр с парою штиблет.Слышал я: тая тоску во взоре,Ты взгрустнула шибко обо мне.Ты так часто ходишь к прокуроруВ старомодном ветхом шушуне.Ничего, родная, успокойся…Не грусти на дальнем берегу.Я, хотя отчаянный пропойца,Но без водки — спиться не могу.Я по-прежнему такой же нежный,И мечта одна лишь в сердце есть:Чтоб скорей от этой вьюги снежнойВозвратиться к нам — на минус шесть.Я приду, когда раскинет ветвиСад, купаясь в розовости вод,Только ты меня уж на рассветеНе буди, как в роте на развод.Не томи ж меня печальным взором,Не грусти так шибко обо мне,Не ходи так часто к прокуроруВ старомодном ветхом шушуне.<p>Владимир Маяковский</p>
