Она потянула ручку и вскочила, и я последовала за ней, снова тихо закрыв дверь. Я замерла, когда я увидела двух людей, стоящих над безжизненным телом, что лежало во дворе, держась за руки.
- Бабушка! - сказала я, подбегая к ней.
Она раскрыла руки.
- Дженна! - она повернулась меня от тела. - Не смотри, дорогая.
Бабушка была очень худой, но она всегда давала наилучшие объятия. Она обнимала меня, так крепко, и она никогда не спешила отпустить.
- Эндрю! - сказал дед, когда папа вышел из машины. - Ты обоих девочек привез?
- Да, - ответил папа.
- Ты видел Скарлет? - спросила прабабушка, суетясь со своей прической с короткой химической завивкой.
Папа медленно покачал головой.
- Но она в порядке, - он посмотрел через плечо, наблюдая, как медленно приближается Тавия.
Она обвила себя руками, хлопая руками по бокам. Она упала на колени рядом с братом с потерянным взглядом в глазах. Я никогда не видела такого отчаяния, что мне захотелось помочь, но я знала ничего, что бы могло помочь.
Одежда Тобина была полна пулевых отверстий, и он был расстрелян несколько раз в лицо. Было странно, пули зашли в его тело плавно и оставили такой беспорядок на выходе. На крыльце дома Тавии также были следы выстрелов.
- Не смотри, Дженна, - сказал папа. - Тавия, мне так жаль.
Согнувшись над телом брата, она рыдала.
- Но мы должны идти, - он посмотрел на бабушку и дедушку. - Соберите свои вещи. Мы встречаемся с Скарлет. Мы уберем тут все.
Дед обнял бабушку.
- Передай ей, что мы ее любим. Мы остаемся здесь.
- Бабушка? - сказала я, глядя на нее.
Она сжала меня крепче. - Мы собираемся остаться здесь в доме, сестричка.
Папа присел на колени рядом с Тавией и положил мягкую руку ей на плечо.
- Тавия?
- Мы не можем просто оставить его здесь, - сказала она, пожимая плечами от прикосновения отца.
- Мы похороним его, - сказал папа. - Обещаю!
- Тобин,- воскликнула она, касаясь щекой к его. - Мне жаль, что я не была здесь.
- Тавия, я ненавижу тебя торопить, но мы должны собраться, - сказал папа.
Она вытерла мокрые щеки. Папа помог ей встать, и она кинула еще один взгляд на брата, прежде чем зайти домой.
Дед скрестил руки на груди.
- Бедный парень. У него никогда не было шансов. Видишь лодыжку? Должно быть, повредил его как-то по пути сюда. С размером в дыню. Были ли вы в Оружейной?
- Да. А вы? - спросил папа.
Дед покачал головой: - Неа. Нет, эти так называемые солдаты подобрали нас. Мы не хотели идти, но они сказали, что губернатор приказал. Мы были в пути, когда кто-то передал по рации, что Оружейная захвачена. Они позволили нам уйти в четырех кварталах отсюда. Мы шли остальной путь. Хотя, было нелегко. Мы не так подвижны, как были.
- Была захвачена, - сказала я. - Это было ужасно.
Прабабушка проводила меня обратно в машину и открыла пассажирскую дверь, чтобы обнять Хэлли. Со слезами на глазах она сказала:
- Поцелуйте от меня маму.
- Что с бабушкой? - спросила я, имея в виду маму мамы. - От нее есть новости?
- Пока нет, - сказала она, ее губы дрожали. - Берегите друг друга!
Она обняла нас обоих, и я поднялась на заднее сиденье рядом с Тобином.
Мальчик пинался ногами вперед и назад, держа подбородок почти у груди, так, как и просила мама.
- Ты в порядке, Тобин?
- Да, - его глаза напряжены, когда он посмотрел на меня.- Это мой дядя Ти, не так ли? Он там? Я слышал, мама плачет.
Я сжала губы.
- Просто ... не смотри туда. Твоя мама скоро вернется.
- С кашей, - сказал он, снова глядя на ноги.
Папа и Тавия вошли во внедорожник через несколько мгновений. Папа держал сумку, а у Тавии было три пластиковых мешка и миска с ложкой.
- Я просто налила немного молока, чтобы оно не пролилось. Мы должны попасть на дорогу, - сказала она. Белки ее глаз были красные, кожа вокруг них опухла, но она пыталась оставаться сильной перед сыном. - Продолжай смотреть вниз, пока я не скажу.
Тавия не отрывала глаз от лужайки, пока папа поехал.
- Хорошо малыш. Можно уже смотреть.
Тобин прислонился головой к маме, и она обняла его, затаив дыхание, чтобы не заплакать. Она посмотрела на потолок, а затем прямо. Я бы сказала, что она решила выкинуть его из головы на данный момент.
Нам предстоял долгий путь, и нам нужно было сосредоточиться. Кроме того, не зная состояние автомагистрали, на пути были четыре крошечных города, прежде чем доберемся ранчо Красный холм.
- Папа? - Хэлли обратилась к папе.
- Да дорогая?
- Я хочу к маме.
- Я знаю, - сказал он. - Я пытаюсь.
- Боже Милосердный, - сказал Тавия.
Ее рот отвис, когда ее глаза наблюдали бойню на магистрали. Автомобили столкнулись в каждом направлении, все было закрыто настолько плотно, что казалось, это - безнадежные последние секунды игры Тетрис.
Зараженные топтались везде - мужчины, женщины и дети.
- Не смотри, Хэлли! - сказала я, слишком поздно, чтобы покрыть ей глаза.
- Там есть дети! - сказала она в панике. - Почему они такие, папа? Почему они выглядят так? Они мертвы?
Папа медленно поехал по переезду, лавируя между различными военно-транспортными средствами и пикапами. Недоеденные мужчины в камуфляже лежали на бетоне, с оружием в руках.
