Рауль взял Рикро за руку, и они исчезли у нас на глазах. Малея сидела грустная, и о чем она думала, я даже не догадывалась. Зато Алек с Дэном перемигивались, и радостно скалились.
– Маша,– обратился ко мне Дэн,– как она семейная жизнь?
– Лучше не бывает,– шутливо откликнулась я.
– Ты здорово выглядишь,– хихикнул он.
– А что смешного?
Он снова рассмеялся и покачал головой. Похоже, они втроем что-то знали, и в глубине души потешались над своим секретом. Борис сидел как обычно, сдержанный, только его взгляд выдавал оживление. Я откинулась на стуле, и просверлила Дэна глазами.
– А ну, говори, что там у тебя? – потребовала я.
– Нет, нет, ничего особенного,– он взглянул в мои грозные глаза, и решил, что лучше ответить. Конечно, его не испугал мой напыщенно-воинственный вид, ему всего-то хотелось развлечься за мой счет. – Я просто вижу на тебе действие напитка Рауля, и на коже тоже, ага. И делаю собственные выводы,– смиренно улыбнулся он, прикрыв глаза.
– Ах, это,– облегченно вздохнула я,– это ерунда. Можете завидовать,– проронила я, не покраснев ни капли и свысока поглядывая на них.
– Что? Рауль сильный, да? – посмеивался Алек, потирая свои бицепсы.
– Не тебе чета,– в тон ответила я, демонстративно разделывая мандарин.
– Ну, не скажи-и,– протянул он. – В свое время я тоже был ничего.
Алеку вдруг захотелось выговориться, и Дэн с другими тоже стали прислушиваться к нашему разговору, стараясь уловить самую суть. Мне совсем не хотелось обсуждать мою интимную жизнь. Поэтому я совершила известный всем маневр, переводя разговор с моей персоны на него.
– Ну вот, ты сам признался, что это было очень давно. Возможно, что теперь, спустя огромное количество времени,– я специально намекнула на его возраст,– твои силы, пф, угасли,– я метко запульнула в него мандариновую кожуру.
– Зря ты так думаешь,– начал заводиться он, скидывая с головы оранжевую шкурку. – Возраст не главное. Твой Рауль старше меня ого-го, на сколько.
– Он не человек, к нему это не относится,– поддевала я его, от души забавляясь. – А у тебя ведь нет никого, значит тебе это не нужно.
– Я просто сосредоточен на другом,– начал оправдываться Алек, задумчиво покусывая мандариновую корку.
Дэн и Борис кашлянули, их я тоже зацепила.
– Маша, Алек прав. Мы всегда находились в сфере других интересов. И это никак не влияет…
Не сдержавшись, я громко прыснула.
– Я же прикалываюсь, Дэн, ты что, не видишь?
– Да? – удивился он.
– Ну, конечно. Я просто не хочу, чтоб он лез в наши дела с Раулем, в смысле личной жизни.
Я снова фыркнула, и Дэн понятливо улыбнулся. Но тут я осознала, что наш разговор всех заинтересовал, его очень внимательно слушали, и смотрели по очереди на говоривших. Вот это да! Моя сексуальная жизнь, оказывается, всем интересна, им бы хотелось узнать, как я провела свою первую брачную ночь. Я ловила на себе взгляд Егора и Маранты – они особенно прислушивались к нам. У них своя перспектива, и Егор волнуется заранее, я чувствовала это. Он смущенно поглядывал на меня, и в его глазах я читала немые вопросы. А Маранта пребывала в глубокой задумчивости, и продолжала выглядеть так, словно слушала что-то, недоступное нам всем.
Нашу болтовню прервал Рауль. Он появился посередине зала и сел рядом со мной.
– Антона вылечил,– сообщил он нам. – Он дома и снова здоров.
– А Рикро где? – спросила я.
– Я оставил его в замке. Он не захотел возвращаться сюда, у него плохое настроение,– Рауль с заинтригованной улыбкой посмотрел на Малею. – Малея, детка, тебе придется сделать свой выбор. Или остаться здесь, или вернуться в замок. Оба парня влюблены в тебя. Но если они оба тебе не нравятся, я могу поселить тебя в другом месте.
Мы все открыли рты – вот это да! И удивительным было еще то, что Антон ведь крит, но ему понравилась Малея из области фунов, которую, вдобавок, он впервые видел. Малея сидела совершенно несчастная. Она, по-моему, не знала, на что ей решиться. Ее жалобный взгляд устремился к Раулю, потом ко мне.
– Я не знаю… они оба мне нравятся,– выдавила она.
– Ну, тогда я отнесу тебя пока в другую область. Ты все обдумай, и решись на что-то одно. Я не могу тебя оставить с ними, пока ты не определишься. Это будет мучить их обоих. Ты можешь пожить у Родиона или в горах у Вернека.
– Пусть поживет у меня,– раздалось у нас за спиной.
Мы подскочили от неожиданности, потому что увидели Горга. Он стоял, излучая слабое синее сияние, и смотрел на Малею.
– Если ты не боишься, дитя, можешь пожить у меня. Я обязан сделать это, так как виноват перед тобой. Не бойся меня, я не причиню тебе вреда.
Она пристально вгляделась в него, как будто припоминая что-то.
– Ты – то розовое, несчастное существо, что томилось в ловушке?
– Да, это я.
– Я поживу у тебя, я не боюсь тебя,– у нас отвисли челюсти от такого неожиданного поворота.
Прежняя Лелия была настолько робкой, что с ней никогда не приключилось бы ничего подобного. Малея оказалась смелой девушкой, ее даже не испугал тот факт, что она погибла по вине Горга.
