Но вашего художника я не могу видеть, не способен в этом теле. Я могу только сказать, как основатель, что его присутствие ощутимо через его творения и законы. Здесь заложена бесспорная мудрость, которую нельзя изменить и отменить. Я отчетливо вижу, как все создавалось, и в какой последовательности.
Рауль замолчал, а я обдумывала услышанное.
– Но, Маша, я не вижу будущего в наших отношениях. Я так люблю тебя, но как человек, не могу иметь с тобой близости, это погубит тебя. И это причиняет мне боль. Два тела, один разум – это такое противоречие, когда дело касается любви к женщине. Я жил столько лет и не подозревал, что способен на подобные чувства! В данный момент мне очень хотелось бы оказаться просто человеком, чтобы быть с тобой.
– Рауль, что произойдет, если …, если мы…,– я запнулась от смущения, и, по-моему,
покраснела.
Он понял меня, и его брови сурово сдвинулись.
– В этот момент, момент потери контроля над собой, если я отдамся своим желаниям, я перестану быть человеком. Мое физическое тело растворится, поскольку моя сущность вырвется наружу через тебя, через наш поцелуй, через… – он скрипнул зубами,– тебя, разрывая твое тело на части, не просто уничтожая его, а поглощая каждый атом твоего тела…– голос Рауля дрожал, как и его губы.
Он застонал:
– Я не могу вынести это! Я даже не могу говорить об этом и тем более думать. Поверь мне, Маша, такое будущее погубит не только тебя, но и меня, и весь мой мир. Я не смогу, не стану жить, если такое случится.
Рауль вскочил на ноги, пряча от меня больные глаза.
– Пойдем, Мария, я покажу тебе ловушку для Горга,– торопливо проговорил он.
Я подскочила с кровати, мгновенно отвлекшись от грустного разговора.
– Ты нашел Горга?
– Пока еще нет, но ловушка готова.
Он потащил меня за руку снова в зал, в ту потайную дверь, которую я заметила сегодня. За дверью притаилась лестница, уходящая вниз, под замок.
– Это мрачное средневековое подземелье? – хихикнула я.
– Это мое рабочее место, моя лаборатория, как тебе угодно.
Оказавшись внизу, я поразилась огромному пространству, занимавшему по площади весь замок. Можно было бы назвать это местечко подвалом, но красивым. Серо-зеленый камень излучал свет отовсюду, но его источника я не видела.
– Рауль, что это за свет? Откуда?
– Это мое наследие. Все основатели имеют свет и умеют его распространять. В камнях это проще всего сделать.
– Поэтому твой замок светится?
– Да,– ответил он просто и его глаза стали обычными, теплыми, такими, какие я любила.
– А где же ловушка?
Он по-мальчишески пробежался до противоположной стены, и там засветился огромный розовый периметр, наподобие аквариума. Рауль поднял руку и крикнул мне:
– Вот она! Как только я найду его, он окажется внутри. Я сотворил это пространство для него, и окружил его особым камнем, он не сможет отсюда вырваться. Видишь, здесь его цвета, и его имя тоже здесь.
– Разве так важно, что там есть его имя?
– Конечно! Имя – это часть нашей сущности.
– «Рауль» – ведь это не твое настоящее имя? Можешь сказать, как зовут тебя?
– Я не помню, Мария,– грустно ответил он. – Мой отец лишил меня имени и памяти, чтоб защитить. Помнишь, мы говорили о программе по защите свидетелей?
– Но потом он вернет его тебе, и ты не будешь больше Раулем?
– Вообще-то, мое имя должно звучать как Ра-Оль,– мягко напомнил он. – Я выбрал его себе, когда очнулся. Но одна бедная девушка окликнула меня, как Рауль, ей показалось, что я похож на ее пропавшего мужа. И я им остался для нее.
– Это была Мари? – Я почувствовала укол ревности. – Расскажи мне о ней.
– Нечего рассказывать, Мария,– засмеялся Рауль, почувствовав мою ревность к мертвой женщине. – Я ее встретил, когда она умирала от болезни, потеряв ребенка. В маленькой и хрупкой Мари жили лишь одни глаза. В то время я не мог ее спасти, у меня не было необходимого материала для исцеления, и в человеческом теле я не мог ей помочь. Только деньгами, продав немного своих камней, я скрасил последние дни ее жизни. У нее никого не оказалось в живых, кроме меня.
– Ты любил ее?
– Да,– прямо и бесхитростно ответил он,– как Рикро и Лелию, как Джека и Лизи, и многих других, кого я знаю.
– Я не о том спрашиваю, ты ее любил так же, как меня? – потребовала я ответа, почувствовав его желание сменить тему.
– Так как я люблю тебя, Маша, я не любил никогда и никого.
Я облегченно вздохнула, услышав это признание из его уст. Я самая счастливая! Несмотря на все эти ловушки и угрозы от Горга. Если хорошенько подумать, не было бы Горга, не было бы и меня, и я никогда не встретила бы Рауля, не имей я в себе его части.
Рауль чувствовал мое счастье и сам был счастлив. Как это здорово, что он может без слов понимать меня, потому что выразить словами то, что было у меня внутри, я никогда бы не смогла.
– Маша, иди, я покажу, что узнал насчет Егора. Я не зря пропадал два дня.
